Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Журфикс в скворьечнике

Рубрика: Вернисаж в пределах самоизоляции

Светлана ШАТУНОВА *
Фото Марины НИКОНОВОЙ

В первый день лета я получила симпатичное приглашение, гласящее, что «5 июня с 15 до 20 мастерская А. Березина и М. Никоновой представляет «Журфикс в скворьечнике» – новая перемена картин, написанных за период самоизолясьон, и указан адрес этого самого скворечника. Решено было прибыть в означенный промежуток времени по нужному адресу, ибо последние два с половиной месяца не баловали событиями, а уж переменой картин тем паче.

Андрей Березин[Spoiler (click to open)]

Входя в мастерскую Андрея БЕРЕЗИНА, ступаешь на пол в шашечку и слышишь магический голос Эдмунда Шклярского:
Я невидим.
Наши лица как дым,
Наши лица как дым,
И никто не узнает, как мы победим.
В углу рыцарские латы, на полках среди книг черепа и каски, а на стенах – новые картины двух художников: Андрея Березина и его талантливой ученицы (сейчас уже члена Союза художников) Марины НИКОНОВОЙ.

Марина Никонова

Андрей Березин – известный самарский художник в третьем поколении. Его работы непросты для восприятия и производят зачастую царапающее и раздражающее впечатление, но именно этот раздражающий фактор никого не оставляет равнодушным. Вызвано это отчасти противоречием, заложенным в самих произведениях, строящихся на различных контрастах: реальности и иллюзии, любви и неприязни, красивого и безобразного, живого и бездушного, стихийного и упорядоченного; а также техникой, соединяющей прозрачные акварельные затеки и пастозно проработанные участки.
На выставке в мастерской-скворечнике представлена картина, на которой изображена милая улыбающаяся девушка, в целом производящая вполне приятное впечатление. Но когда художник обращает внимание, что сидит она не на стуле, а на ступе и плетет колыбель для кошки (игра ведьм), здесь-то и включается осознание, что все видимое – только пелена, скрывающая главное, но каждый видит лишь то, что увидит. В какой-то степени об этом же и самая большая картина – «Посвящение русской печи». Согревающий очаг большой и теплой печи – основа и сердце дома, у стены стоит хозяйка – полнотелая, румяная и сильная. Волнение привносит изогнувшийся черный кот, будто увидевший невидимое человеку.
Ни одна выставка художника не обходится без женских образов. Женщины на полотнах Андрея Березина – это не слабые и безвольные, легкокрылые и эфемерные существа, а сильные, уверенные амазонки, ведьмы или сирены, увлекающие таинственной красой и сладкоголосием в бездну, но художник идет за ними, не может не идти, не может не слушать, не может не писать – в них черпает вдохновение и жизненную силу. Таковы его «Болотные огни», где мрачное болото в лесу, из стволов деревьев проявляются, словно души, прекрасные нагие девы, они извиваются, увлекая свой нечеловеческой силой, но не сулят счастья.
В картине «Ткань бытия» сидящая спиной к зрителю обнаженная неистово пытается разорвать плотную завесу, ограничивающую свободу, она страшна в своем стихийном желании и животном инстинкте вырваться на волю.

Андрей Березин. Посвящение русской печи. 2020

Один из постоянных архетипов в творчестве Березина – рыцарь. Может быть, все его рыцари – это автопортреты художника? Он так же, как и его герои, облачается в условные доспехи внешней брутальности, производя сумрачное впечатление, но стоит поднять забрало металлического шлема – и в ответ встречаешь улыбку неприкаянного романтика, знатока классической литературы и искусства, говорящего в быту «сударь» и «сударыня», который тихо произносит с горькой улыбкой: «А нужны ли в быту рыцари?»
Все решится потом.
Для одних он никто,
Для меня – господин.
Я стою в темноте.
Для одних я как тень,
Для других невидим.
В импровизированной экспозиции три холста, где главными героями предстают они – мчащиеся одинокие всадники, воины в латах в холодном пространстве одиночества: то ли после побоища с внешним врагом, то ли с самим собой?
Я невидим.
Наши лица как дым,
Наши лица как дым,
И никто не узнает, как мы победим.
Все представленные картины были созданы Андреем Березиным за период самоизоляции в апреле-мае этого года, так же, как и работы бывшей ученицы художника Марины Никоновой.
На стене, где представлены ее произведения, написанные на животрепещущую тему изоляции (художник, как известно, у времени в плену), люди в масках, замкнутые позы, настороженные взгляды. Единственное лицо без маски – портрет сына с заплаканными глазами, сидящего перед учебниками и тетрадями. Все родители, прошедшие «радости» вынужденного дистанционного обучения, узнают в этом измученном взгляде своего ребенка и все сопутствующие самообучению эмоции, которые не забудутся никогда. Серия работ Марины с рабочим названием «20.20», героями которых стали она, ее муж и сын (кто еще мог позировать художнику в период самоизоляции?).
Началось все с автопортрета «Маски» как своего рода протеста рухнувшим планам – сорвалась запланированная поездка в Голландию и Австрию (в Вену), где Марина хотела увидеть работы знаменитого экспрессиониста Эгона Шиле (в скобках отмечу, что Шиле умер в 1918 году от испанки, эпидемия которой унесла жизни миллионов людей). Марина оделась как модель художника на портрете «Женщина, сидящая с согнутым коленом» 1917 года, решив, что если не может увидеть его картину, то может нарисовать ее сама. Она изобразила себя в похожем наряде в зеркальном отражении, лицо скрыто маской. Эта тема нашла игривое продолжение в автопортрете в кожаной карнавальной маске с ушками зайчика. Картина «Дресс-код» воспринимается как символ времени, когда маска выполняет не просто защитную функцию и становится не только необходимым элементом в период пандемии, но и модным аксессуаром.
Сидя дома, не обязательно одеваться, делать прическу и приводить себя в порядок, можно ходить голой, стоять на голове. Но картина «Оставайтесь дома» производит совсем другое эмоциональное впечатление – неестественности состояния скорченной обнаженной фигуры, мученической скованности и замкнутого давящего пространства квартиры, откуда хочется вырваться на свободу, но отовсюду звучит назойливое: «Оставайтесь дома, дома сейчас безопасней и лучше!» Ангел в венецианской маске бауте предупреждает: «Сохраняй социальную дистанцию!»

Марина Никонова. Самообучение. 2020

Картине «Полный контроль» предшествовала история прогулки с сыном, которая была прервана полицейским. Мальчик в черной маске, вооружившись игрушечным автоматом, сам словно бы играет в полицейского, спрятавшись за большую черную собаку. Тогда же появляется новый Рембо или Сталкер – тот, кто идет в опасную зону, покидая пространство дома, преодолевая препятствия, чтобы добыть продукты и накормить семью. Венчает серию единственная картина, выполненная маслом: «Мадонна карантина» – классический образ Богоматери с младенцем в позе Оранты с воздетыми вверх руками в знаке моления за избавления от напасти.
В противовес внешней несвободе Марина создавала свои картины свободно, работая быстро, эмоционально, оттого нерв времени пульсирует в них и находит отклик у зрителя.
Если картины Никоновой отражают время прямолинейно, то полотна Березина – иносказательно, используя язык символов и аллегорий. Такие непохожие друг на друга художники собрали в своей уютной мастерской небольшой круг близких знакомых и друзей, чтобы разделить радость творчества с теми, кто верит, что жизнь коротка, а искусство вечно!

* Член Ассоциации искусствоведов России, заведующая научным отделом Самарского художественного музея.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 18 июня 2020 года, № 12 (185)
Tags: Изобразительные искусства, Культура Самары
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments