Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Рыцарь ордена Белого Орла

Дмитрий ДЯТЛОВ *

29 марта 2020 года ушел из жизни Кшиштоф ПЕНДЕРЕЦКИЙ (Krzysztof Penderecki). Композитор, прошедший путь от неоклассицизма, авангардизма в сочинениях 50–60-х годов до неоромантических произведений последней четверти XX – начала XXI в., остался в истории музыкантом, переплавившим в своем творчестве и традиции прошедших веков, и новации радикального авангарда.

[Spoiler (click to open)]

Для российских музыкантов он стал первым и на долгие годы единственным доступным композитором-авангардистом. Пластинки польской фирмы Musa свободно продавались в магазинах СССР в то время, когда авангард был почти запрещен.
Когда-то магазин «Мелодия» в закрытом для всего иностранного Куйбышеве не был торговым центром, как сегодня, а продавал виниловые пластинки. В нем было два отдела: один – эстрадной музыки (там всегда были покупатели) и другой – классики (почти пустовавший зал хранил увлекательные тайны). Здесь укрепилась практика торговли в нагрузку. Если появлялся какой-либо ходовой товар (например, пластинка Владимира Горовица фирмы Deutsche Grammophon), в нагрузку давали что-нибудь не пользующееся спросом (обычно это было что-то особенно ценное и редкое, как, например, симфонии Юрия Буцко или Бориса Чайковского).
Таким подарком стала в конце 70-х пластинка с записью Canticum Canticorum Salomonis для 16-голосного смешанного хора и камерного оркестра польского авангардиста Кшиштофа Пендерецкого. Звуковая среда этой музыки была ошеломительной для слуха, привыкшего к нормам музыкальной классики. Поначалу казалась абсолютно хаотичной и неоформленной. Для восприятия подобной музыки слушательский опыт, сформированный репертуарной политикой Советского государства, был абсолютно не нужен. Мы встали перед дилеммой: классика верна и абсолютна или относительна и временна? Музыка, лишенная тональных устоев, организованная по неведомым законам вне метра и ритма, практически не дающая никаких опор для восприятия, новая по всем параметрам – это искусство или шарлатанство? Ее автор здоров или, может быть, болен? Произведение что-то выражает или является суммой знаков, большей частью тайных? Если эта музыка содержательна не в эзотерическом, а в эстетическом смысле, то как это почувствовать?
На самом деле опоры были найдены, и достаточно быстро. Эта музыка оказалась академической (хотя и не академичной). 16-голосная хоровая партитура на латинский текст исполнялась хором, обычным смешанным академическим хором. А оркестр состоял из привычных для симфонических концертов групп: струнных, духовых и ударных инструментов. Но вот их сопряжения и гармонические, вернее, сонорные эффекты были абсолютно новыми. Восприятие улавливало и новую временную среду, где практически отсутствуют метрическая тектоника и императив ритмических рисунков.
Отрешившись от привычного, мы вдруг и здесь услышали контрастность линии и точки, плотных и разреженных фактурных пластов, тутти и соло, звучания голосов хора и инструментов оркестра, многоголосого шороха струнных и кристаллических перезвонов ударных, мягкости звука деревянных и ослепительного тона медных духовых инструментов. Эти контрасты и составили новую метрическую структуру, а фактурные изменения – своеобразный ритм. В этом авангардном сочинении обнаружилась характернейшая черта музыки Пендерецкого – открытость слушателю, принципиальная направленность на восприятие, на понимание. Органичный баланс чувственного и рационального, наития и расчета, вдохновенное открытие новых звучаний и строгое математическое измерение длины и плотности сонорных пластов-блоков – все направлено на слушателя, все ждет ответа. «Вдохновение – словечко романтическое, музыку еще надо посчитать, – говорил композитор. – Вдохновение – это момент, когда пришла идея, а затем надо немного подумать».
Для новой музыки, каждое произведение которой становилось индивидуализированной структурой, требовалась и новая нотная фиксация. Так, например, расширяющиеся и сужающиеся графические полосы в партитуре, амплитуда и плотность которых отвечают интенсивности звукового поля, стали новой записью намерений автора. Еще одна особенность техники композитора авангардной поры – непривычные способы исполнения на традиционных инструментах симфонического оркестра.
В одном из первых своих сочинений «Трен памяти жертв Хиросимы» для 52 струнных (1960) Пендерецкий использует ряд приемов, ставших характерными для последующих сочинений: игра на подставке, за подставкой, на подгрифнике. Это и самые разные виды вибрато, тремоло, удары по деке и струнам рукой, трение смычком по корпусу, игра древком смычка.
Содержательность музыки – главный критерий для Пендерецкого. Это содержание почти никогда напрямую не связано с названием. Сюжет, тема, литературный источник – лишь отправные точки для создателя новых звуковых миров. И в этой работе Пендерецкий – прямой наследник академического музыкального искусства предшествующих эпох. Как автор он живо откликается на происходящее в мире. «Плач по жертвам Хиросимы», «Польский Реквием», De natura sonoris, «Страсти по Луке», «Кадиш» и многие другие сочинения возникли из этического конфликта художника с миром и его катастрофами, обрели благодаря этому и свою форму (во многом унаследованную), и грамматически новый способ высказывания. Кшиштоф Пендерецкий во всех своих сочинениях остается верен этосу европейской цивилизации и культуры.
Произведения второй половины 50-х – 70-х годов стали классикой мирового музыкального искусства XX столетия. Глава «новой польской школы» Кшиштоф Пендерецкий получил прижизненное признание и славу именно как композитор-авангардист. Но лишь половина творческой жизни Пендерецкого связана с радикальными новациями авангарда. Его явный переход в 80-х годах к стилистике неоромантизма, обнаруживший генетическое родство с музыкой Густава Малера, Яна Сибелиуса, Дмитрия Шостаковича, вызвал удивление, подчас неприязненное, в рядах почитателей и критиков. Но Пендерецкий всегда шел наперекор главенствующим тенденциям.
Когда на его родине авангард был не в чести, а религиозные темы запрещены, композитор писал Stabat Mater (1962), «Псалмы Давида» (1958), Fonogrammi (1961) или Fluorescences for orchestra (1961). Когда же авангард стал модным, музыкант обратился к симфониям для большого симфонического оркестра и хора, к инструментальным концертам.
Фортепианный концерт Resurrection, написанный в 2001–2002 годах почти семидесятилетним мастером, поражает своей свежестью, стройной архитектоникой, скрупулезной прописанностью виртуозной фортепианной партии. В нем слышны традиции великих композиторов прошлого – Сибелиуса, Шопена и даже Рахманинова. Слушая, думаешь: если бы Малер задумал фортепианный концерт, получилось бы нечто подобное.
Пендерецкий писал на тексты многих авторов и на разных языках. Так, для Восьмой симфонии «Песнь забвения» он отобрал более двухсот текстов любимых авторов. Его разнообразнейшее наследие в чем-то похоже на бережно сформированный прекрасный сад, в котором каждому дереву отведена своя роль в гигантской музыкальной симфонии смыслов. Композитор владел землей в 30 гектаров неподалеку от Кракова, где выращивал сад, зная, что его величественной архитектуры через сто лет ему не увидать. Однако все свободное время посвящал планированию и посадкам новых растений.
Он относился к своему детищу как к живому существу, писал музыку и для него. Как и сад, музыка Кшиштофа Пендерецкого переживет своего создателя. Ведь он был не только выдающимся композитором, первопроходцем и создателем нового, ставшим живым «классиком» авангарда. Искусство Кшиштофа Пендерецкого – надежный мост, соединивший золотой век европейского классицизма и романтизма с веком XX и даже XXI.
Почетный доктор нескольких университетов, кавалер множества орденов Австрии, Германии, Латвии, Армении, Литвы, Мальты, Кшиштоф Пендерецкий больше всего наград получил на родной земле. Среди них и высшая награда Польши – орден Белого Орла.

* Пианист, музыковед. Доктор искусствоведения, профессор СГИК. Член Союза композиторов и Союза журналистов России.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 7 мая 2020 года, № 8–9 (181–182)
Tags: Музыка
Subscribe

  • Народный театр, ставший легендой

    В культуре любого города есть своя допотопная история, о наличии которой многие догадываются, но уже мало свидетелей и свидетельств. Особенно в…

  • Олег Скивко – наш кандидат

    Олег БЕЛОВ * Записала Татьяна БОГОМОЛОВА Олег Скивко – человек с потрясающим чувством юмора, невероятно деликатный, порой в ущерб себе. Режиссер,…

  • О театр, ты – мир…

    Театральный фестиваль в наше время – это, прежде всего, праздник. Но нередко еще и конкурс. «Волжские театральные сезоны»…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments