Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Скульптуры и памятники старой Самары

Армен АРУТЮНОВ *
В современной Самаре несколько десятков скульптур и памятников, и их число с каждым годом увеличивается. В начале прошлого века картина была противоположной – один ростовой памятник и несколько бюстов. В то же время архитектурные течения того времени предполагали обильное использование лепного декора, так что большую часть скульптурных произведений рубежа XIXXX веков можно было встретить в отделке зданий.

Царь, поэт и два купца

Первой монументальной композицией, установленной в XIX веке в Самаре, стал памятник императору Александру II. Идея увековечивания возникла еще при жизни «царя-освободителя», а решение об установке памятника приняли уже после его смерти в 1881-м. Некоторые исследователи справедливо отмечают, что на обсуждение и сбор средств времени было потрачено больше, чем на его изготовление и установку. В результате бронзовая статуя появилась на Алексеевской площади (сейчас площадь Революции) лишь в 1889 году.

[Spoiler (click to open)]
Композиция, выполненная известным московским архитектором и скульптором Владимиром Шервудом, состояла из фигуры императора на высоком постаменте и четырех скульптур у его основания – крестьянина, болгарки, черкеса и среднеазиатской женщины, – олицетворявших важнейшие события, произошедшие во время правления Александра II (отмена крепостного права, освобождение Болгарии, покорение Кавказа, присоединение Средней Азии).
Единственный в городе памятник пользовался большой популярностью среди самарцев. Выполнен он был весьма профессионально, хотя так считали далеко не все. «На Алексеевской площади стоит памятник императору Александру II, – писала в 1890 году жена художника Сергея Иванова Софья, – поставлен на средства города и пожертвования; смотрели его, работы Шервуда, очень плох в художественном отношении, не серьезен в общем, какие-то длинные, малоголовые фигуры, очень плохо вылепленные; фигура же Государя – просто комична; кругом него разбит маленький сквер, где постоянно толкется народ, в большинстве случаев крестьяне, которых более всего занимают лапти на фигуре, под которой золотыми буквами подпись «19 февраля 61 года».
После революции 1917 года все скульптуры с постамента были демонтированы, а в 1927-м на него водрузили памятник Владимиру Ленину работы Матвея Манизера.
Единственный памятник, установленный до 1917 года и дошедший до нас, располагается на балконе бывшего Пушкинского народного дома (ДК Железнодорожников). Бюст Александра Сергеевича был установлен в 1903 году одновременно с завершением строительства здания. Его автор – самарский дворянин Вадим Рейтлингер. Окончив Реальное училище, он поступил в Петербургский лесной институт. Есть версия, что его сослали домой, в Самару, за участие в революционном движении, а большинство исследователей считают его скульптором-самоучкой. Но есть и другая информация. В 1936 году газета «Волжская коммуна» писала, ссылаясь на письма читателей, что Рейтлингер увлекся искусством и несколько лет учился ваянию в парижской частной школе. По возвращении из Франции он выполнил бюст Пушкина при участии художника Кирика Воронова.
Еще один бюст поэта, выполненный Вадимом Рейтлингером, был установлен в Пушкинском сквере в 1905 году. Со временем гипсовое произведение стало разрушаться, и в 1930-х его демонтировали. Новый бетонный памятник поэту (автор – Владимир Домогацкий) установили лишь в 1949-м, а алюминиевая скульптура, расположенная в сквере сегодня, появилась в 1985-м (скульпторы Игорь Федоров и Виктор Фомин, архитектор Алексей Моргун).

Еще два бюста начала ХХ века были посвящены самарским купцам. В 1908 году установлен бронзовый бюст Антону Шихобалову возле построенной им больницы (нынешняя улица Ленинская, рядом с Покровским собором). Его автором выступил известный петербургский скульптор Илья Гинцбург. Кстати, двумя годами ранее Гинцбург изготовил по проекту Марка Антокольского памятник бывшему самарскому губернатору Константину Гроту в Петербурге. Да, в Северной столице он есть, а в Самаре даже библиотеку не могут в честь него назвать, не говоря уже об увековечивании.
В 1911-м появился бюст Якова Соколова возле построенной им богадельни (нынешняя улица Чкалова, 98). Оба произведения, посвященные самарским купцам, были демонтированы после революции 1917-го.

Боги и герои

В период эклектики, а затем и модерна в Самаре появляются здания, обильно украшенные всевозможным лепным декором, от разнообразных рельефов и маскаронов до полноценных скульптур. Одним из первых таких зданий стал особняк Субботина (позже Шихобалова) на улице Казанской (Алексея Толстого). Дом построен в 1878–1881 годах по конкурсному проекту действительного члена Императорской академии художеств Виктора Шретера (надзор за строительством вел петербургский архитектор Константин Лыгин). Фасад здания венчает аттик с гербом и двумя скульптурами по бокам от него.
Широкой популярностью в архитектурном декоре рубежа XIXXX веков пользовалась тема античной мифологии. Отразилась она и на самарских зданиях. В 1901 году на улице Саратовской (Фрунзе) архитектор Александр Щербачев построил трехэтажный доходный дом для присяжного поверенного Петра Подбельского. Карниз здания подпирают две женские скульптуры. Их обычно называют кариатидами, хотя в руках у каждой – перо и скипетр. Тут можно пофантазировать и сказать, что это, например, изображения богини мудрости Метиды, которую считают покровительницей адвокатов. Но мы фантазировать не будем, пожалуй.
А вот балкон второго этажа держат два атланта, вернее, две скульптуры Геракла в шкуре немейского льва. Автора декора на фасаде не всегда удается определить, но в случае с домом Подбельского можно с высокой долей вероятности сказать, что им был не Щербачев, а самарский художник и архитектор Михаил Квятковский. В 1905 году в Симбирске по проекту архитектора Александра Дмитриева было построено здание Земской управы, лепной декор которого (как внутри, так и снаружи) выполнил Михаил Квятковский. В ульяновских интерьерах располагаются десять скульптур Геракла, аналогичных самарским.
Еще одна работа Квятковского в Самаре – доходный дом подрядчика Алексея Нуйчева (сейчас технический лицей) на пересечении нынешних улиц Рабочей и Самарской. Считается, что в создании лепного декора вместе с архитектором участвовала дочь Нуйчева. Кроме различных маскаронов, бабочек и слонов на фасаде располагаются фигуры двух тритонов, поддерживающих угловой эркер. К сожалению, аутентичные скульптуры были утрачены, а выполненные во время реставрации копии по характеру значительно отличаются от оригиналов.
Михаил Квятковский известен в Самаре в первую очередь своими архитектурными проектами с богатой лепниной, но мы мало знаем о его сотрудничестве с другими архитекторами. К примеру, имя Квятковского упоминают в связи с проектом реконструкции Реального училища. Кроме прочего, здесь расположены еще две псевдоантичные скульптуры. На аттике в угловой части здания по обе стороны от купола сидят близнецы Диоскуры, которые, возможно, выполнены Михаилом Квятковским.
В Самаре есть всего три пары атлантов. Одни в образе Геракла, вторые – Тритоны, а третьи – атланты настоящие. Особняк купца Павла Шихобалова на улице Заводской (Венцека) так и называют – «Дом с атлантами». По воспоминаниям Марии Мошковой, ее отец, архитектор Георгий Мошков, строил это здание вместе с Александром Щербачевым, а атланты вылеплены ими совместно.
Античный декор частично сохранился и на винных складах Иванова, построенных по проекту Георгия Мошкова. В прошлом номере «Свежей» я описывал самарские дома, отсылающие к работам московского архитектора Льва Кекушева, в том числе и эту постройку. На фасаде здания есть четыре пары кариатид. До революции на угловом аттике располагались две женские скульптуры, а под ними – сидящий на бочке Дионис.
Скульптура покровителя торговли и ремесел Гермеса (Меркурия) на колесе некогда украшала здание гостиницы «Центральная» на улице Дворянской (сейчас – кинотеатр «Художественный» на улице Куйбышева). А покровитель искусств Аполлон вместе с музой любовной поэзии Эрато смотрели сверху на посетителей театра-цирка «Олимп». После строительства на месте модернового здания новой филармонии копии скульптур Аполлона и Эрато перебрались на него вместе с маскаронами на пилястрах и рельефами, изображающими Пегасов.
Еще одна скульптурная группа украшает бывшее здание Волжско-Камского коммерческого банка (сейчас – Самарский художественный музей). Во фронтоне располагается горельеф, где угадываются персонажи античной мифологии: Гера со скипетром, близнецы Диоскуры, Гермес с кадуцеем и другие. Этот декор отличается от всех остальных. Он выполнен из керамики в мастерской Петра Ваулина. По технологии, изобретенной Ваулиным, во время обжига материал внешне становился похожим на металл. Встречаются два типа – под золото и под бронзу. Банк в Самаре украшали бронзированные детали. К сожалению, реставраторы решили, что это позолота, и покрыли всю керамику на фасаде сусальным золотом.

Волжский сецессион

Парковые скульптуры и фонтаны в Самаре можно было встретить на некоторых купеческих дачах. Но были примеры и в общественных пространствах города. Например, скульптура «Мальчик и девочка под зонтом» на фонтане в Струковском саду, установленная в начале ХХ века. Эта композиция, изготовленная на Цинко-литейном художественном заводе Георга Поля в Москве, есть во многих российских городах.
Основная дачная застройка волжского берега утрачена, сохранилось лишь несколько наиболее ценных объектов, хотя в начале ХХ века это был целый комплекс участков, растянувшихся от кумысолечебницы Егора Аннаева (территория бывшего силикатного завода) до дачи Павла Шихобалова (один из корпусов санатория имени Чкалова). На некоторых дошедших до нас фотографиях мы можем увидеть и скульптуры. Например, в фонтане на даче Екатерины Курлиной была фигура аиста. На соседнем участке сохранилась чаша фонтана (судя по всему, дореволюционная) с лягушками. Но все это мелочи по сравнению со скульптурами на даче Головкина.
Константин Головкин проектировал свой загородный дом сам, хотя и не без помощи знакомых архитекторов. Известный советский скульптор Василий Акимов мальчиком служил у купца и наблюдал его в работе. По воспоминаниям Акимова, Головкин участвовал и в процессе создания слонов для своей дачи.
Кроме знаменитых слонов, давших вилле народное название «Дача со слонами», здесь установлена женская скульптура, породившая много нелепых слухов и легенд. Как и само здание, она выполнена в стиле венского сецессиона. Близкие ей аналоги можно встретить, например, на Пальмовой оранжерее в венском Бурггартене (скульптор Йозеф Вацлав Мысльбек) или на фотографиях с Всемирной выставки в Турине 1902 года.

Автор скульптуры на даче неизвестен, однако рискну предположить, что эта работа может относиться к числу произведений Михаила Квятковского. Во-первых, в своей архитектурной практике он не раз обращался к теме венского модерна и скульптуры в частности (барельефы особняка Субботина (позже Маркисона) на улице Алексея Толстого, женские головки в интерьере гостиницы «Гранд-отель» и так далее). Во-вторых, скульптура на даче стоит среди бутонов, напоминающих лепнину особняка Новокрещеновой и «Гранд-отеля», но крупнее. Цветы – своего рода «подпись» архитектора (слово «квят» в переводе с польского означает цветок).

* Журналист, архитектурный обозреватель, градозащитник.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 7 мая 2020 года, № 8–9 (181–182)
Tags: Культура Самары
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments