Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Categories:

«Мело Гоголем» *

Записала Анна ЛУКЬЯНЧИКОВА **

В Израиле друзья познакомили меня с потрясающим человеком – одним из лучших гидов страны, историком, краеведом, писателем Михаилом КОРОЛЕМ. Сфера творческих интересов Михаила очень обширна, сами израильтяне называют его «альтернативным гидом» (вероятно, благодаря привычке видеть необычное в привычном, «вскрывать» неизведанные страницы истории, докапываться до мелочей и делиться своими парадоксальными мыслями). Одни с восторгом рассказывали мне о его цикле экскурсий с посещением Царских гробниц и малоизвестных священных троп, другие вспоминали блестящую лекцию о корнях Ершалаима в творчестве Булгакова… Побывать на «королевской экскурсии» мне, к сожалению, не удалось, однако имела счастье пообщаться. Русские в Иерусалиме – меня зацепила эта линия, и в разговоре Михаил увлеченно поделился тем, что изучал и наблюдал.

[Spoiler (click to open)]
Русские стремились попасть на Святую Землю всегда. Иерусалим, Вифлеем, Назарет были духовными маяками на пути паломников. На территории, значимой для всего христианского мира, побывали в свое время Петр Вяземский, Андрей Муравьев, Николай Гоголь, Андрей Белый, Иван Бунин и многие другие. Православные писатели в чине священников чаще прибывали с паломническими миссиями, а писатели мирские посещали Святую Землю самостоятельно, совмещая с поездками в европейские страны. Так или иначе, их пребывание в Палестине, посещение сакральных христианских мест влияло на творчество, на проживание особых душевных состояний, а затем на их отражение в произведениях. Путешествия эти отличались неудобством перемещения, бытовыми сложностями, порой опасностями для жизни. Наибольшее внимание привлекают две фигуры литературного мира.
ГОГОЛЬ прибыл в Иерусалим в 1848 году, его сопровождал хороший знакомый, одноклассник по Нежинской гимназии Константин Базили, на тот момент генеральный консул Российской империи по Сирии и Палестине. Гоголь, в последнее десятилетие жизни пребывающий в напряженных духовных поисках, питал большие надежды на посещение святых мест. Ехал, по его признанию, «за духовным хлебом», вероятно, не всё в современном христианстве его устраивало. Впечатления он отразил в письмах Жуковскому, там много подробностей.
Наиболее сильное впечатление произвела литургия у Гроба Господня: «Литургия совершалась на самом гробовом камне. Как это было поразительно! Я стоял в нем один; передо мною только священник, совершавший литургию; диакон, призывавший народ к молению, уже был позади меня, за стенами гроба; его голос уже мне слышался в отдалении. Голос же народа и хора, ему ответствовавшего, был еще отдаленнее. Соединенное пение русских поклонников, возглашавших «Господи, помилуй!» и прочие гимны церковные, едва доходило до ушей, как бы исходившее из какой-нибудь другой области. Все это было так чудно!»
Планируя поездку, Гоголь собирался помолиться у Гроба Господня за всю русскую землю, составил даже свой список, но вышло иначе: «Я не помню, молился ли я. Мне кажется, я только радовался тому, что поместился на месте, так удобном для моленья и так располагающем молиться. Молиться же собственно я не успел. Литургия неслась, мне казалось, так быстро, что самые крылатые моленья не в силах бы угнаться за нею. Я не успел почти опомниться, как очутился перед чашей, вынесенной священником из вертепа для приобщенья меня, недостойного…»
Автор «Мертвых душ» посетил Назарет, проехал Галилею, Самарию, Иудею… Результат поездки его не слишком удовлетворил: писатель упоминал, что после Палестины «лучше не стал».
Автор популярных исторических романов Григорий Данилевский, позже посетивший родину Гоголя, упоминал местную легенду: крестьяне считали, что в гробу похоронен кто-то другой, а их барин молится за них в Иерусалиме…
***
Андрею БЕЛОМУ довелось побывать в Иерусалиме в апреле 1911 года, на Пасху. Здесь он провел с Анной Тургеневой, своей будущей женой, ровно две недели. Четырехмесячное путешествие по маршруту Италия – Сицилия – Тунис – Мальта – Египет – Палестина сам поэт называет «революцией жизни». Можно перечислить несколько фатальных следствий этой поездки: примирение с Александром Блоком, появление «Путевых заметок», начало работы над романом «Петербург»…
Пребывание Белого в Иерусалиме не было ординарным – поэт застал на Святой земле сразу три праздника: еврейский Песах, православную Пасху и мусульманский праздник пророка Моисея. Вот отрывки из его писем: «Иерусалим! Что сказать? Палестина – страна камней и цветов… Храм и Гроб вовсе неожиданны, странны, живы: прошлое, будущее. Церкви здесь уже соединились. Сегодня у Гроба Господня склонился араб в феске: пришел и он поклониться... Прекрасно!» Или: «Иерусалим несказанен, древен, вечногрядущ, сказочен…»
Белый чуть не попал в детективную историю. На пасхальной неделе 1911 года в Иерусалиме произошла кража века: после совершенного подкопа под мечеть Омара пропали корона, кольцо и меч царя Соломона.
История эта началась еще в 1908 году, когда финский поэт-мистик Хенрик Вальтер Ювелиус, он же Вальтер Юва, после ряда спиритических сеансов организовал экспедицию в Иерусалим с целью обнаружения Ковчега Завета и спрятанных в 70 г. н. э. сокровищ Иерусалимского Храма. Экспедицию возглавил британский аристократ Монтегю Браунлоу Паркер, третьим членом авантюры стал католический священник Луи Хуго Винсент. Юве удалось получить разрешение от османских властей на проведение раскопок на южном склоне Храмовой горы. В 1911 году копатели через тоннели под замурованными южными вратами проникают в систему арочных укреплений, именуемых Соломоновыми Конюшнями, и исследуют тоннель, пробитый тамплиерами. Авантюру эту провернул лично Паркер с несколькими слугами. Чудом ему удалось бежать из Иерусалима в Яффо, а оттуда морем на Кипр. О судьбе похищенных артефактов ничего не известно.
Молодой писатель в день кражи прогуливался с Асей возле мечети Омара и чуть было не стал жертвой погрома и резни: мусульмане хотели устроить их всем приезжим европейцам. Когда влюбленная пара проходила по улице, арабские женщины выкрикивали проклятия, а охранники смотрели угрожающе. К счастью, опасность прошла стороной, а запечатленный Андреем Белым Иерусалим вошел в копилку образов русской дореволюционной публицистики.

* Палиндром современного израильского поэта-футуриста Савелия Гринберга.
** Музыковед, преподаватель Тольяттинского музыкального колледжа имени Р. К. Щедрина.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 9 апреля 2020 года, № 6–7 (179–180)
Tags: Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments