Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Categories:

Эвелина и ее дети

В 63-й школе «детьми Эвелины» называли классы, где классным руководителем была Эвелина Леоновна СУРАБЕКЯНЦ. Между собой мы звали ее без отчества – Эвелина. Это был наш духовный лидер, под крылом которого мы выросли, человек, сформировавший наше отношение к миру, сделавший нас наследниками «шестидесятников».

[Spoiler (click to open)]

Как-то неуловимо своеобразно сочетались в ней ясный взгляд на жизнь, юмор и ирония, умение дать всему простое объяснение и подтолкнуть нас к самостоятельному решению вопроса. Она как-то по-особому молодо воспринимала мир. Рассказывала, например, как однажды, когда на площади Революции вдруг зацвели кусты сирени, почувствовала себя счастливой, будто бы кто-то сделал ей неожиданный подарок.
От нее исходило ощущение свободы, легкости, безусловной смелости и непоколебимой стойкости. Она любила говорить: «Если не я, то кто же?» – и все брала на себя. Это был человек, который просто не мог изменить идеалам юности. Эвелина Леоновна начинала с себя, а потом уж бралась за нас, насколько хватало сил.
В среднюю школу она попала неожиданно для самой себя: после французского отделения филфака МГУ не нашла места по специальности и стала преподавать в средней школе русский язык и литературу. Проблемные уроки и диспуты, сумасшедшие диктанты и темы сочинений, которые требовали от школьников личного осмысления проблем мирового уровня. А еще литературные вечера, концерты и спектакли, экспозиции музеев, абонементы в филармонию. Две ошибки на странице словарного диктанта – двойка с последующей «отработкой» в 7 утра. Длинные списки рекомендуемой литературы, самой лучшей и самой интересной. А если не прочитаешь и не сможешь участвовать в дискуссии – упадешь в глазах товарищей. Главное, что от нас требовалось, – думать самостоятельно, оценивать прочитанное и честно говорить, что ты думаешь. Ничего не навязывала, просто вовремя давала почитать хорошие книжки.
Эвелина Леоновна давала нам столько самостоятельности, сколько мы могли взять. Классные вечера, стенгазета – полностью наши. Сами находим темы, пишем и оформляем. Какие острые тексты писали мои одноклассники! Сколько юмора вкладывалось в рисунки! И никаких запретов. Чувство гражданской ответственности не подводило. Правда, школьное руководство не всегда было довольно нами, но все удары принимала на себя Эвелина Леоновна.
К нам она относилась с подчеркнутым уважением, во время уроков всегда обращалась на Вы. И только вне стен школы мы получали дружеский статус. Мальчиков она называла по фамилиям, девочек – по именам в полной форме. Например, мне: «Татьяна, народ требует…» Народ – это мы. Создался удивительный микрокосм товарищеских отношений, в котором главной была дружеская любовь. Мы чувствовали свое родство друг с другом и с ней, как ее духовные дети.
В последний день нашей школьной жизни после выпускного вечера мы гуляли по набережной. Один мальчик от полноты чувств сорвал с клумбы несколько розочек и подарил их девочкам. Этот проступок до такой степени возмутил Эвелину Леоновну, что она написала ему плохую характеристику, которая не давала возможности подать документы в вуз. Потом целый месяц длились его извинения, ходатайство одноклассников и их родителей, прежде чем она согласилась его простить.
А как она проверяла тетради! Каждую недостающую точку находила и отмечала. У нее была специальная тетрадочка, в которой отмечались все наши ошибки. Потом каждый получал дополнительные задания именно по тем правилам, по которым сделал больше всего ошибок. И так она учила всех, дополнительно и бесплатно. В праздничные дни проверяла наши сочинения, толстые пачки которых накапливались у нее на окне. А потом в классе было обсуждение, читались отрывки из наших сочинений, оригинальные или смешные высказывания.
***
Она не оставила мемуаров, хотя помнить ей было что. Говорила, что не любит писать. И в то же время бережно хранила все наши альбомы, письма и даже журналы с оценками. Когда к ней приходили ее бывшие ученики, сколько бы лет ни прошло, им всегда было интересно с ней.
Физико-математическая школа дала миру много талантливых людей, замечательных специалистов. Главным образом, это были, конечно, математики, физики и инженеры, доктора, кандидаты и даже академики. Однако уровень преподавания всех предметов был настолько высок, что фактически это был общеобразовательный университет. Но главное – какими людьми стали «дети Эвелины», которые воспитывались как будущие строители коммунизма: активная жизненная позиция, честное отношение к труду, творческий подход к любому делу, любовь к природе и искусству, умение любить и дружить.
Когда рухнул СССР, всем стало несладко, но она не жаловалась, не говорила, как ей плохо и одиноко. Не могла приспосабливаться к новым обстоятельствам. Не хотела вернуться в школу, потому что считала, что теперь уже не сможет работать так хорошо, как раньше.
Не брала частных учеников, чтобы заниматься с ними русским и литературой за деньги. Никогда этого не делала и не хотела начинать даже тогда, когда пенсии едва хватало на жизнь и пришлось пойти подрабатывать в регистратуру поликлиники.
Много лет Эвелина Леоновна мужественно переносила свое одиночество и смертельную болезнь. Сильно хромала, едва ходила с палочкой, но продолжала все делать для себя сама. Не разрешала помогать. Мыла окна, убирала квартиру, ездила на рынок за картошкой. На зиму набирала мешок по два килограмма за один поход. У нее всегда был порядок. Все стояло на привычных местах: книги, цветы, на письменном столе Дон Кихот, на стенах – портреты Хемингуэя и Маяковского.
До последнего года жизни летом ходила на Волгу, плавать. У нее там образовалась пенсионерская компания. Каждый день в любую погоду они встречались на пляже, вместе делали зарядку и даже водную гимнастику.
Она была ни на кого не похожа.

* Кандидат филологических наук, доцент Самарского университета.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 13 февраля 2020 года, № 3 (176)
Tags: Культура Самары
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments