Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Самарский край в проектах и деятельности Петра Великого

Эдуард ДУБМАН *

Один из «птенцов гнезда Петрова», будущий первый оренбургский губернатор Иван Иванович Неплюев, написал на смерть своего великого наставника: «На что в России ни взгляни, – всё его началом имеет, и что бы впредь ни делалось – от сего источника черпать будут». Действительно, в эпоху преобразований первого российского императора, казалось, вся страна пришла в движение. Средневековая Россия, как корабль, только что спущенный на воду, пыталась определиться в новой для себя стихии.

[Spoiler (click to open)]
Кипучая реформаторская деятельность Петра I неравномерно затронула различные регионы Московского царства. Было немало территорий, привлекавших особое внимание царя. Их он неоднократно посещал; там воевал, строил города и крепости, организовывал мануфактуры и верфи. Самарское Поволжье не входило в их число. Но и в истории нашего края есть эпизоды, когда великий реформатор посещал Самару и ее окрестности, способствовал возникновению новых предприятий, городов и пригородов. В его правление было заселено все лесостепное правобережье Волги, сделаны первые шаги в колонизации плодородного Заволжья.
В своих постоянных разъездах по европейской России Петр I дважды посетил Самарский край. Весной – в начале лета 1695-го 22-летний «бомбардир Piter», как именовал себя в письмах сам государь, спускался по Волге в первый Азовский поход с войсками генералов Ф. Я. Лефорта и А. М. Головина. К сожалению, записи путевого «юрнала» и письма царя чрезвычайно лаконичны и позволяют составить лишь своеобразный хронометраж движения каравана судов.
Конец мая выдался с ветрами, дождями и сильным волнением на Волге. Так, 27 мая ** в связи с плохой погодой караван судов надолго встал у берега между селом Новодевичье и Усольскими слободами. 28 мая суда остановились из-за непогоды у деревни Моркваши (сейчас г. Жигулевск).

Бытует предание, что Петр поднимался на Лысую гору и высек на камне, венчающем вершину, какую-то надпись. Позднее многие пытались ее найти и прочитать, но все попытки кончались неудачей.

К вечеру этого же дня суда миновали Царев курган, а 29 мая, не останавливаясь, – Самару. 30-го, в день рождения Петра, караван прошел Сызрань. Пристав Посольского приказа И. Башмаков, встретивший здесь царя, писал: «При нем сызранский воевода встречал <…> генералов с полки от Сызранска верстах в дватцети на воде. А великого государя караван Сызранск проплыл в тот же день, в который он [пристав] в Сызранск приехал в самые вечерни: идет купами судно за судном, не в большом расстоянии».
Местные воеводы посылали вверх по Волге нарочных, чтобы приготовиться к прибытию царского каравана, «и ожидают его государского пришествия везде радостно и в съестных запасах везде доволность ратным людям чинят». Через день, 1 июня, уже у Соснового острова («Соснов город» в журнале – у современного Хвалынска) в вотчине Чудова монастыря Петр отправил письмо, в котором, возможно, описал события путешествия.
***
Позднее, в начале XVIII в., царь не однажды в своих повседневных заботах обращался к нашему региону. Особо его привлекало использование богатых природных ресурсов. В тяжелой войне со Швецией русской армии на первых порах не хватало пороха, для изготовления которого нельзя было обойтись без серы. Один из публицистов того времени И. Т. Посошков свидетельствует: «Увидел я такую в ней нужду [сере], что по дворам собирали не то, что фунтами, но где золотников в пять и шесть сыщется, брали на пороховое дело».
Первоначально месторождения серы начали разрабатываться в среднем течении Сока. Царь сам занимался организацией нового предприятия. Указом от 31 октября 1702 года он поручил определить место для основания крепости и серных заводов казанскому воеводе Н. А. Кудрявцеву. Проект, подготовленный экспедицией на Сок, был рассмотрен и одобрен Петром, а 8 апреля 1703 г. появился указ о начале строительства. Видимо, по поручению царя в начальном номере первой русской печатной газеты «Ведомости», вышедшем 2 января 1703 г., было помещено известие об обнаружении в окрестностях Самары также месторождений нефти и медной руды.
В этом же году в местах выхода серных ключей начали строить заводы, рядом с которыми соорудили крепость Сергиевск и поселили работных людей и крестьян. Но уже в 1704-м деревянные укрепления крепости разобрали и отправили водой на Терек, а Сергиевск обнесли земляным валом. Сообщение с новым промышленным центром шло по Соку, по правому берегу которого вплоть до Волги были устроены редуты.
И позднее Петр не утратил интереса к этим местам. Пошатнувшееся здоровье вынудило царя пройти курс лечения минеральными водами в Западной Европе. Впечатленный их целебным воздействием на свой организм, Петр решил устроить такие же лечебницы в России. В 1717 г. он командировал для осмотра и поиска минеральных источников в европейской части страны инспектора главной аптеки и московского штадт-физика Готлиба Шобера. Последний посетил и Сергиевск, где, изучив лечебные свойства местных серных вод, сделал вывод об их несомненной полезности и рекомендовал открыть в районе Сергиевска больницу. Результаты этих исследований были изложены Шобером в докладе «Краткое описание серного кладезя иже между городов Казани и Самары у города Сергиевска обретается» (1718). Доклад просмотрел сам Петр и поместил его в свою библиотеку.
Вскоре заводы на Соке закрыли из-за невыгодности производства. Однако добыча серы не прекратилась. Петру сообщили, что богатые залежи самородной серы обнаружены в Жигулях, и он потребовал прислать «сюда серы, которая сыскана вновь в низовых городех». Видимо, по его распоряжению завод перенесли на берег Волги, где в горе Серной (Кабьей), расположенной между современными селениями Подгоры и Гаврилова Поляна, были устроены штольни, где начали добывать самородную серу. По отзывам современников, она была очень высокого качества.
В 1716 г. совершивший путешествие по Волге шотландец Джон Белл писал, что видел «залежи серы столь же прозрачной как янтарь». Однако квалифицированных мастеров на предприятии не хватало. В 1721 г. Петр I указывал Сенату найти для заводов умелых специалистов, а позднее, будучи в Астрахани, указал выписать туда «компанию мастеров».
Особое внимание Петра I к Заволжью было связано также с восстаниями башкир, вызванными злоупотреблениями местной администрации. Последовал ряд набегов на селения и крепости Заволжья. Когда в 1706 г. по указу Петра I началось строительство Алексеевской крепости (современный поселок Алексеевка), башкирские отряды сразу же попытались уничтожить ее.
Из донесения казанских властей А. Д. Меншикову в 1708 г.: «А те воры башкирцы и в нынешнем июне месяце после того числа, в котором бутто добили челом и куран целовали; под Сергиевым городом, что на Соку, деревни разоряли, людей порубили и в полон побрали, и стада отогнали и не в одном месте».
Разрешением этого конфликта, а также восстаний в Астрахани и на Дону занимался сам Петр I. По его указу в Заволжье и Башкирию послали регулярные войска, а в низовья Волги – фельдмаршала Б. П. Шереметева.
***
Второе посещение Самарского края Петром I было более содержательным, чем первое. 50-летний император вместе с женой Екатериной отправился Волгой в начале июня 1722 г. в Персидский поход. В этот раз он не торопился. После Симбирска «государева галера» вновь приставала к берегу у с. Новодевичье, которое вместе с окружающей местностью еще в 1710 г. перешло во владение князя А. Д. Меншикова. Затем, судя по походному журналу, нигде не останавливались вплоть до Самары.
10 июня «после полудня в 3-м часу приехали к Самаре и переменили гребцов, а его Величество ездил осматривать того города, который огорожен досками. И после того пошли в путь и ехали во всю ночь». Сопровождал царя в его осмотре Самары и показывал крепость местный комендант подполковник Василий Федорович Кушников. В Самаре император встретился с походным атаманом яицкого казачьего войска Никитой Бородиным и с сопровождавшими его казаками. За свое «полонное терпение» [плен] они получили от государя 15 рублей.
Екатерина же посетила местную соборную Троицкую церковь или один из двух существовавших тогда в городе монастырей, где раздала нищим, по одним сведениям, один, по другим – два рубля «мелкими деньгами».
Город, который посетила императорская семья, существенно отличался от Самары 1695 г. «Кремль и палисад» старой Самары «згорели без остатку» в 1703 г. Новый «замок» был выстроен на свободном месте, примерно в 200 м к северо-востоку «от жилья к степи» (район современной Хлебной площади). Это была земляная крепость в форме ромба, с частоколом и башнями. Площадь ее составляла около 4 гектаров. Вся прочая жилая застройка города была защищена тянувшимися от северной оконечности крепости тарасами (деревянными крепостными стенами), перемежаемыми сторожевыми башнями, а также палисадом из бревен и рогатками.
Эта система укреплений выходила к Волге в районе современной площади Революции. На рисунке середины 1730-х гг. англичанина Джона Кестля Самара предстает городом, спускающимся по склону возвышенности к волжскому берегу, с тесной деревянной застройкой, несколькими храмами; возвышающейся над остальными зданиями сторожевой башней, а также другими укреплениями в виде земляного вала, деревянных башен и частокола. Вряд ли она могла чем-то особо удивить Петра I. Это был один из обычных небольших волжских городов.
***
Все изложенное выше – лишь краткие эпизоды в многотрудной деятельности великого российского преобразователя. Вполне можно использовать известное выражение русского историка В. О. Ключевского: «Перестройка шла по разным областям [имеется в виду направлениям. – Э. Д.] одновременно, урывками и вперемежку, и только к концу царствования стала складываться в нечто цельное». Это проявилось как в развитии всего европейского юго-востока страны, положение которого в составе Российской империи в результате реформ и реальной политики конца XVII – первой четверти XVIII в. изменилось кардинально, так и его неотъемлемой части – Самарского края.
Думается, что имя Петра I должно занять достойное место в истории одного из крупнейших волжских городов. И так хотелось бы увидеть памятник великому российскому реформатору вместе с женой, будущей императрицей Екатериной I, спешно подходящему к Хлебной площади, где раньше по его указу была построена новая Самарская крепость.

* Доктор исторических наук, профессор Самарского университета.
** Все даты даны по старому стилю.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 29 августа 2019 года, № 15–16 (165–166)
Tags: История Самарской губернии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments