Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

«И не могу! Читаю до конца». Опыты параллельного изучения

Президент России Владимир Путинподписал указ «Основы государственной культурной политики». По его словам, в документе «отражено отношение к культуре как к миссии, как к общественному благу и историческому наследию, как к системе ценностей и нравственных идеалов».

[Читать далее]

Пока слушал выступление гаранта на совместном заседании Государственного совета и Совета при президенте по культуре и искусству – носился по квартире с ручкой: где бы подписаться в знак абсолютного согласия с каждым сказанным словом. Как очнулся – решил все же почитать стенограмму.

«Никто, никакая власть не имеет права диктовать художнику, писателю, режиссеру, да, собственно говоря, любому человеку свою волю и свои представления о том, что и как должны делать творчески одаренные люди». Или вот: «Одна из главных проблем, чтобы мы с вами как можно быстрее ушли от различных форм идеологизации нашей истории и нашей культуры».

Перестройка, однако.

Ложечка дегтя

Текст выступления, действительно, более чем вменяемый, за что спасибо, видимо, Владимиру Ильичу, или Михаилу Ефимовичу, или еще кому из советников. Логика, на мой взгляд, безупречна и может быть результатом деятельности человека, давно и профессионально занимающегося культурными практиками.

Единственный «кикс» – в абзаце, посвященном сохранению памятников: «Это нужно делать по всей территории нашей страны: и в Херсонесе, и в таких центрах формирования российской государственности, как Владимир, Псков, Новгород, в других древних городах». А в недревних?

Оговорочка, опасная для российского чиновничества, тем более что «общая задача и федеральных, и региональных властей» заключается – как следует из остальной части выступления и из указа – совсем не в том, чтобы культура обеспечивала имидж государства, а, в первую очередь, в воспитании и просвещении. Всех, а не только жителей небольшой части сакральных поселений. И в Самаре, у которой никогда и ни при каких условиях нет шансов попасть в какой-либо из «списков», заниматься «исследовательской работой, реальными проектами в сфере сохранения памятников, развития музейного дела и познавательного туризма» нужно с той же степенью серьезности, что и в Старой Ладоге.

Но это замечание лишь подчеркивает значимость остальных слов, сказанных человеком, который в течение всего Года культуры ни единожды не касался вопросов развития столь «многомерной живой системы, мощного фактора общественного развития, экономического роста, даже, в полном смысле этого слова, обеспечения национальной безопасности и суверенитета России».

Задание на дом

Вот хотя бы основные направления культурной политики: «Очевидна необходимость создания надведомственной, координирующей структуры». Чего так ждали в Год культуры – появления хотя бы вице-премьера «по культуре»: не Голодец (культура – не инструмент соцзащиты), не Мединского (культура – не идеологический концепт), а персонажа, знакомого с предметом. Но тут же: «Для ресурсного обеспечения реализации Основ культурной политики потребуется учредить российский фонд культурного развития». Опять фонд?! В России есть стереотипное представление о фонде как институте очистки «грязных» денег и превращения их в «чистое» благо и благоприятный имидж. И иным это представление в условиях нынешнего законодательства, доверия законодателям и уровня ментальности народонаселения не будет.

«Второе важное направление – это качественное законодательное сопровождение задач культурной политики. Отмечу, что и само это понятие в том широком значении, которое закреплено Основами, пока не раскрыто в законодательстве. Это, конечно, надо сделать, и сделать прежде всего». Да! И пока это не сделано – никаких фондов!

«Третья задача Стратегии – создание условий для развития государственно-частного партнерства, социального и творческого предпринимательства для благотворительности и меценатства и в целом для широкой включенности граждан в реализацию культурной политики». И это – после изменений в законодательстве, пока же ГЧП – инструмент прихватизации чужих идей и достижений. История с Грушинским фестивалем, случившаяся минувшим летом, – тому подтверждение.

«Одновременно следует готовить квалифицированные кадры. <…> Здесь должны работать не только грамотные управленцы, но и истинные ревнители культуры». А как этого добиться, если зарплата «по отрасли» в одном из самых продвинутых регионов в 17,5 тысяч считается за достижение?! Как – если даже напоминание о том, что целью социального государства не является увеличение ВВП, лишь возбуждает гневливых технократов, власть предержащих. А цель-то – в развитии индивида и народа в целом. И только в этом случае есть слабенький шанс, что культурой будут заниматься не только блаженные и воровайцы, но и вполне себе прагматически настроенные граждане.

Не думаю, что имеет смысл подробно цитировать стенограмму и текст указа: он выложен на президентском сайте и компетентные и заинтересованные читатели нашей газеты имеют возможность проштудировать его самостоятельно. Остановлюсь только на том, что резануло. Это прения по докладу.

Действующие лица

Даже если не брать во внимание реплики штатного российского шута: «Почему Достоевский стал великим писателем? 10 лет каторги. Какой вывод я делаю? Надо сажать. Если будут сидеть три, четыре, пять лет, появится Достоевский, появится у нас Чайковский».

Даже если не принимать к рассмотрению пассаж лидера другой партии – Геннадия Зюганова: «Хочу напомнить, что сегодня довольно часто мелькает 1937 год в качестве репрессий. Все мы осудили, договорились не повторять, но я хорошо помню, что в это время отмечалось 100-летие со дня гибели Пушкина. <…> Мне кажется, это пример и для нас сегодня».

Правда, обе реплики остались без комментария и участников, и председательствующего.

Но вот московский областной губернатор Андрей Воробьёв, который возглавлял рабочую группу Госсовета, занимавшуюся разработкой «Основ государственной культурной политики»: «До сих пор мы с первого по седьмой класс учим детей рисовать и петь, вместо того, чтобы ознакомить их с мировыми шедеврами. Не лучше ли оставить музыку и ИЗО в начальной школе, а с пятого класса ввести для всех преподавание мировой художественной культуры».

Без комментариев: ну не понимает человек, что научение пению необходимо совсем не для того, чтобы стать профессиональным вокалистом, а для развития способностей более глубоко воспринимать окружающий мир, так же, как и игра в шахматы, и уроки древнегреческого, и занятие коллекционированием. Понимать сие – дело педагогов, психологов, культурологов, философов, но тогда почему рабочую группу возглавлял Воробьёв?

«Хорошо показала себя практика составления списка 100 обязательных к прочтению книг. Предлагаем по аналогии сделать список музеев и спектаклей, рекомендуемых к посещению». Это он же. Что же будет представлять собой этот список? Он одинаков – для жителей Москвы и Усть-Урюпинска? И найдется ли в этом самом Крыжополе 100 музеев и спектаклей? И что будет с музеем, в список не попавшим, – то же, что и с вузом, получившим рейтинг «неэффективного»? Его закроют? А что делать, например, с музеем Тропинина, который физически не сможет принять даже школьников Москвы?

А вот еще, чуть ниже: «Эстетика – восхищение прекрасным». Да нет же. Эстетика – учение о сущности и формах прекрасного, об искусстве как особой форме общественного сознания. Учение, а не восхищение.

И эти люди будут учить нас, как правильно ковырять в носу?

О пользе обучения математике

Поставленный вопрос совсем не так забавен. Текст документа, введенного в оборот президентским указом, оставляет место для вариаций. Опять множество целей развития культуры вместо одной: никакую сложную систему невозможно оптимизировать, если пытаться одновременно двигаться в направлении достижения многих целей. Цель всегда только одна. Задач – множество.

Это сто лет назад доказанная теорема. Что будет, если не обращать на нее внимания, интуитивно описал дедушка Крылов: «Поклажа бы для них казалась и легка: / Да Лебедь рвется в облака, / Рак пятится назад, а Щука тянет в воду».

В парадигме многоцельности (это все-таки не квантовая физика) невозможно получить ответ ни на какой практический вопрос. Даже на самый простой. Например, имеет ли смысл финансировать из регионального бюджета трехдневные гастроли самого лучшего симфонического оркестра, если стоимость тура сопоставима с годовым бюджетом местного филармонического оркестра?

Важна цель – единственная, и ответ станет очевиден. Без нее «Основы» – набор прекраснодушных очевидностей и инструмент камуфлирования действий, не всегда достойных.

***

И последнее. Председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко объявила: «Это документ согласия государства, деятелей культуры и гражданского общества». Ничего подобного. Пока это протокол о намерениях власти привлечь интеллигенцию к сотрудничеству.

Не покупка лояльности ее наиболее сервильной части (что уже достижение!), а поиск общих интересов. Не хочу пророчествовать, но жаль только, что следующая попытка случится не скоро.

Опубликовано в издании «Культура. Свежая газета» № 1 (68) за 2015 год



Tags: Культура, Культурная политика
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments