Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Съездовское

Очередной поворот судьбы – и я делегат съезда. IX съезда Союза кинематографистов России. Страница в биографии и веселая, и поучительная, и дающая колоссальную пищу для размышлений.

Единственное, чего не было, – так это интриги вокруг выборов председателя Союза. Фигуры, равной Никите Михалкову, в Союзе нет. Равной по заслугам творческим, умениям организаторским и уровню влияния на сильных одной седьмой (или какой теперь там?) части мира.

Более того, похоже, что такой Михалков – почти в гордом одиночестве на всем теперешнем культурном пространстве России. Это и плохо, и неплохо – это факт.

Он победил со счетом 361:48 (цифры привожу по памяти), и справедливость результата не оспаривали даже те, кто ради высших демократических принципов (я не иронизирую, вернее, иронизирую в очень небольшой степени) решил выставить своих товарищей в априори бесперспективную «битву» с демиургом.

Не понимала этого, похоже, только армия журналистов, оккупировавшая добрую треть Большого зала Дома кино. Пишу так, потому что после оглашения результатов голосования и речи Никиты Сергеевича о том, что мужской поступок – это не уйти, а остаться и брать ответственность на себя, все (все!) мастера пера и микрофона сбрызнули из зала, посчитав, что делать на съезде больше нечего.

Последовавшая за тем тягомотная в своей бессмысленной продолжительности процедура выборов правления, казалось бы, подтверждала прозорливость журналистского корпуса, но Михалков – гениальный режиссер! Он добивался того, чтобы для решения главного вопроса дня в зале остались только делегаты без «праздношатающихся» и «зубоскалов». И он этого добился, после чего...

После чего в зал случайно зашел министр культуры России. Зашел на пятнадцать (от силы) минут. Вышел к трибуне, поздравил председателя с переизбранием на новый срок, признал важность кино в формировании «качеств человеческого капитала», признал наличие серьезных проблем в отрасли и, оставив присутствующих в некотором недоумении, вышел из зала.

Здесь нужно сделать короткое отступление. Когда во время выборов слово в поддержку Михалкова взял гендиректор «Мосфильма» Карен Шахназаров, он не очень, казалось, к месту посетовал на упразднение Госкино. На то, что кино продолжает оставаться пасынком у министерства культуры, что тамошние чиновники и сформированные ими экспертные советы не всегда квалифицированно распределяют бюджетные средства, направленные на развитие кинематографии, что формализована процедура защиты режиссерских планов перед запуском фильма в производство etc, etc, etc.

Так вот, министр, буквально на секунду выйдя из зала, стремительно прошел к трибуне и, сославшись на выступление Шахназарова, сообщил, что, в принципе, такая возможность существует. Не по форме, по сути. Кому, как не сильному творческому союзу, взять на себя координацию кинопроизводства и продвижения картин на рынок. Где, как не в Союзе, специалисты, способные прервать российскую кинокатастрофу.

И напомнил, что организационной формой может стать государственно-общественное партнерство, если, конечно, Союз сам заявит о готовности изменить уровень взаимоотношений с государством.

Вот написал фразу – и поймал себя на том, что и сам в первый момент подумал о «наступлении на свободу творчества»: госсоюз! воспитательная функция искусства! моральная поддержка коррумпированного режима!

Но уже вторая мысль была более конструктивной – слабое государство, не имеющее отчетливых представлений о предназначении образования, науки и культуры, силами бюрократического аппарата никогда не будет в состоянии выработать разумную концепцию социального развития.

Не «марать» себя сотрудничеством и дать ему рухнуть? Чтобы что? Понаблюдать за новым переделом собственности уже в пределах Московского княжества?

Нет, лучше разумный компромисс. На том съезд и порешил: поручить юридическому отделу Союза совместно с Правлением подготовить документы, позволяющие изменить форму отношений с государством.

Лично меня во всей этой грядущей революции волнуют два вопроса.

Первый – кинообразование. Я по-прежнему убежден, что воспитание кинозрителей в настоящее время куда важнее самого процесса кинопроизводства. Ещё пять-десять лет и просто некому будет сформулировать запрос творцам на создание «хорошего» кино (не аттракционов – они никуда не денутся, а произведений киноискусства) – настолько низок уровень зрительской культуры.

Михалков предложил программу «100 фильмов» как базовый элемент кинематографического всеобуча. О нёй в своем докладе говорил секретарь Союза кинематографистов Олег Иванов. Говорил с оптимизмом, что за полгода и министерство культуры, и министерство образования сделали существенные шаги для скорейшего внедрения проекта «100 фильмов».

На мой взгляд, этот оптимизм совсем не оправдан. Особенно в той части, которая касается провинции. Проблему заболтали, а для внедрения её не предпринято никаких разумных шагов. Средств на подготовку квалифицированных преподавательских кадров нет. Остался буквально месяц до окончательного формирования учебных программ в региональных центрах повышения квалификации работников образования – единственном типе социальных институтов, где можно эти кадры готовить, а среди перечня курсов нет предназначенных для преподавателей киноискусства. Ни под каким названием нет.

В библиотеках учебных заведений нет ни учебных пособий, ни достаточного числа книг, необходимых для освоения курса. Нет даже самих фильмов, показ которых должен лежать в его основе.

При этом «на местах» вновь и вновь втягивают в бессмысленные дискуссии о легитимности списка. В этом нет никакого смысла. Лучшее – враг хорошего, и никакого наилучшего списка, удовлетворяющего всех участников процесса, никогда никому создать не удастся. Нужно начать работать, время внесет свои коррективы и в список, и в цель самого проекта, который, по моему мнению, содержит в себе возможности для организации на его базе курсов разной степени «продвинутости». В зависимости от степени заинтересованности региона, возможностей учебного заведения, наличия мотивировок и уровня подготовки учащихся можно показывать фильмы в контексте исторического развития кинематографа, сопоставляя художественный процесс с параллельным политическим, социальным и иными процессами. Можно говорить о кино, как об искусстве. Можно параллельно показу заняться с детьми производством собственной кинопродукции.

Много чего можно делать, если делать, а не болтать. И тогда окажется, что и специалисты есть в провинции, и желающие выучиться на специалистов, и, главное, благодарные дети наличиствуют, как говорится, в ассортименте.

В Самаре в октябре прошел круглый стол с участием секретариата Союза кинематографистов России, посвященный в большой степени именно проблеме «100 фильмов». Прошел в достаточной степени конструктивно. В середине апреля в рамках XVIII международного фестиваля «Кино – детям» пройдет круглый стол «100 фильмов»: от проекта к кинематографическому всеобучу».

Его итогом может стать подписание с руководством одного из поволжских регионов, например, Самарской области соглашения об эксперименте по введению «100 фильмов». Если, конечно, Союз кинематографистов проявит заинтересованность в подобном развитии событий, а руководство области осознает, наконец, перспективы такого сотрудничества.

Но есть ещё один вопрос, без которого программа «100 фильмов» не может быть реализована. Это наличие в провинции государственных прокатных организаций. Если в Москве институции, занимающиеся развитием кино, сохранилась, то в регионах они разрушены до основания, до уничтожения фильмофондов. Необходимо деятельное содействие Союза кинематографистов и федеральных органов власти в передаче местным отделениям Союза кинотеатров или зданий, в которых когда-то располагались кинотеатры, или зданий, пригодных для организации там двух-трехзальных Центров российской кинематографии.

Центры могли бы заниматься и пропагандой отечественного кино, и стать базовой структурой государственно-общественных партнерств, и координировать деятельность по реализации программы «100 фильмов». Сейчас кое-где сохранились хозяйствующие субъекты с подобными названиями. Однако на поверку – это ухудшенный вариант мультиплексов. Их репертуарные планы ничем не напоминают организации, специализированные на показе отечественных картин. Это, скорее, хозяйственные субъекты, одним из важнейших показателей которых является их доходность. Кино по-прежнему, во-первых, – источник дополнительных финансовых поступлений, а уже в «надцатых» – вид искусства, столь же важный, как и датируемые театр, филармония и музей.

***

Вот такие наблюдения со съезда, у которого есть шанс быть последним в истории творческого союза, который может сделать ответственный шаг в становлении новой системы взаимоотношений между Художником и Властью. Первый шажочек к кейнсовской модели развития культуры, в которой ни одна из сторон – ни государство, ни творцы-эксперты, ни представители общественных структур не имеют право единолично решать эту сложную социальную проблему. Только за столом переговоров. Только в результате компромиссов. Только консолидируя собственные ресурсы.

Цитата

Госкино было хорошо для той эпохи. Сейчас у нас достаточно эффективно отрабатывается форма взаимодействия Министерства культуры, отвечающего за государственную политику в области кинематографии, и Фонда кино, который реорганизуется. Надо посмотреть, как эта модель будет работать. А вернуть Госкино в том виде, в каком оно существовало в СССР, так же невозможно, как вернуть Госплан.

Владимир Мединский, министр культуры России

Цитата

С юридической точки зрения будущее преобразование не затронет основы общественной организации, остается в собственности и ее имущество. Участие государства ограничится лишь финансовой помощью, которая пойдет на содержание аппарата, а освободившиеся средства пойдут на программы, гранты, фестивали, конкурсы и так далее. Но реорганизация не случится уже на следующий день после съезда. Надо соблюсти юридические процедуры.

На данный момент делегаты съезда проголосовали за то, чтобы руководство Союза кинематографистов обратилось к руководству страны с предложением о преобразовании общественной организации в общественно-государственную. Воля в переменах должна быть обоюдной – и со стороны организации, и со стороны государства. После соответствующего Указа Президента страны или Постановления Правительства РФ вновь собирается съезд СК, чтобы обсудить и принять новый Устав и избрать председателя и руководящие органы реорганизуемой организации. Затем пойдет процедура регистрации в Минюсте. Повторюсь, если руководство страны поддержит эту идею, то работы предстоит много…

Государство, поддерживая идею преобразования, показывает не только свое уважение к членам СК, но и желание им помочь. И еще один важный нюанс – если СК станет общественно-государственной организацией, то учет и контроль ее финансово-хозяйственной деятельности будет осуществлять Счетная палата России. А это значит, что в разы вырастает ответственность за имущественные и финансовые вопросы.

Иван Логунцов, юрист Союза кинематографистов России

Статья опубликована в издании "Культура. Свежая газета" №6 (34) за 2013 год.

Tags: Кино, Культурная политика, Мединский, Михалков
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments