Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Categories:

Это они разбудили перестройку

Книга постоянного автора газеты Игоря Вощинина «Мы из шестидесятых» вышла в самарском издательстве «Культурная инициатива». Вышла в конце года, неофициально проходившего под эгидой полувекового юбилея куйбышевского Городского Молодежного Клуба.

 

Газета уже не в первый раз обращается к этой дате, да и я не единожды имел отношение к публикациям о ГМК-62, а потому хочется поговорить об уроках «оттепели», которые мы так и не выучили.

Повод прекрасный: Игорь Сергеевич не очевидец – участник клуба, и то, о чем он написал в книге, пережито и выстрадано. Именно выстрадано, хотя автор и прячется за своей грустной улыбкой, солидным собранием историй, полных самоиронии, и неизменными черными роговыми очками.

Собственно и книга сама – учебник невыученных поколениями, следующими за активистами ГМК, уроков.

Урок первый – «На бунтарской волне шестидесятых»: «Группа активистов в Куйбышеве решила вторгнуться в культурно-досуговую сферу молодежи и внести в нее новую жизнь. В 60-е страна стала более открытой для западной культуры, появились щели в железном занавесе, закостенелые и до предела заидеологизированные схемы организации досуга начали трещать. Чем располагали до этого советский юноша и девушка? Заводским клубом, где можно было, записавшись в кружок, выпиливать лобзиком фанерных зайчиков или вышивать фиалки болгарским крестом. Самым разгульным времяпровождением были танцы под духовой оркестр или киносеанс – просмотр очередной ленты в духе праведного соцреализма. Организаторы ГМК-62 предложили создать объединение клубов по интересам. Ориентир делался на интересы современной молодежи. И приходилось преодолевать сопротивление сверху, поскольку взрослым партийным дядям какие-то интересы молодых еще казались сомнительными или из мира загнивающего Запада. Эти блюстители коммунистической морали очень опасались идеологически не до конца выдержанных мероприятий – джазовых фестивалей, бардовских концертов, вечеров поэзии с авторами, которые не рвались воспевать торжество идей великого Ленина. Обучение рок энд роллу и твисту, выставки художников-авангардистов, фотовыставки со снимками обнаженной натуры – все это в начале 60-х еще было на грани дозволенного».

Они прекрасны. Они были первыми. Если я чему-то хорошему и выучился в этой жизни – это от моих родителей, моего дяди и от них – от Исая, Артура, Аннэтты… Но ведь, будем честны, полвека назад ими элементарно воспользовались. Для того, чтобы выпустить протестный пар. А потом перекрыли кислород. Кому-то дали по прянику, кому-то забыли.

Ровно через 25 лет, в 87-м, эту же роль предложили сыграть мне. Тогда мы сотоварищи под покровом перестройки понаоткрывали видеоклубов, напридумывали фестивалей. Всё по «гээмкашной» кальке. И нам, как и в тот раз, перекрыли кислород.

Что я не знал о таком сценарии? Знал. Рассчитывал на пряник? Нет (хотя тогда пряник-то я получил). Верил, что мы победим, что все ошибки от необразованности и косности, что нужно только поменять несколько десятков бонз…

И в верность идеологии верил. «Шестидесятники» верили в то, что Сталин извратил светлые ленинские идеи, мы верили, что только свободная конкуренция есть основа процветания и прогресса. И те, и другие были сильнее тех, кому они уступили – «троечникам». Психологи, кстати, доказали, что победа посредственности – закономерный итог. У них способность к самозащите выше: ведь какой бы высокой трибуна, с которой посредственность учит окружающих жизни, ни была, в глубине души они честны перед собой и отдают отчет в уровне собственного потолка.

Прошло еще четверть века, пришло следующее поколение «протеста», которое, похоже, спотыкается о ту же швабру.

Вот пишет Игорь Вощинин «совсем по иному поводу»: «За три дня до открытия джазового фестиваля его устроителей пригласили в Горком КПСС в отдел, который «заведовал джазом». От нас потребовали представить подробную программу всех пяти концертов, а также списки всех музыкантов – участников фестиваля. Взяв в руки представленный толстенный талмуд, один из горкомовских «искусствоведов в штатском» захлопнул его уже на пятой странице: «Нет, это мы разрешить не можем! <..> Что вы собрались играть – ведь здесь же одна американщина. <..> Дизи Гиллеспи, или вот Телониус Монк, или вот – Эллингтон. <..> Почему вы не играете Будашкина? У вас есть три дня – переделайте всю программу и принесите». <..> Переделать накануне концертов программы двадцати оркестров и ансамблей, приготовленных специально для фестиваля, конечно, было невозможно. Поэтому мы пошли другим путем. Фамилия композитора Телониуса Монка была заменена на Телония Мункяна, Диззи Гиллеспи на Донатаса Гилеспявичуса, а перед Дюком Эллингтоном в тексте добавили – «прогрессивный общественный деятель, активный борец за права негров». Через день, увидев откорректированную таким образом программу, горкомовский искусствовед был доволен: «Ну вот, прекрасно. Как же, как же, знаю – замечательный композитор Мункян из Армении и Гилеспявичус из Литвы. Вот теперь наш фестиваль пройдет под флагом дружбы народов великого Советского Союза». Фестиваль был спасен. <..> И нужно было видеть лица музыкантов на сцене, перед которыми лежали ноты с композицией Диззи Гиллеспи «Ночь в Тунисе», а ведущий объявлял пьесу Донатаса Гилеспявичуса «Рассвет в Вильнюсе». Сегодня эта история звучит как анекдот, но полвека назад это было в жизни».

Это, ведь, свидетельство разногласий с властью не политических, а, как метко сказал один из «несогласных» «шестидесятников», стилистических.

Читайте Вощинина! Вот глава об Эдуарде Михайловиче Кондратове. Как бы в продолжение написанному выше: «Судьба не могла не свести Эдуарда с теми, кто вынашивал идею ГМК на легендарной скамейке Струкачей. Он от природы был большим выдумщиком, а именно такие и были там нужны. Правда, нередко эта страсть приводила Эдика к серьезным конфликтам с окружением. В 1952 г. во время учебы в Ленинградском университете он вместе с двумя однокурсниками был исключен из комсомола и переведен с престижного факультета журналистики на филологический за «футуристическую демонстрацию». Заключалась она в появлении студентов на лекции по русскому языку в скоморошьих псевдонародных нарядах, в лаптях, с лукошками и кувшинами кваса в руках. Тогда этот хэппенинг был наверху воспринят с политическим окрасом, и «Комсомольская правда» разрешилась злобным фельетоном. Учитывая, что год был еще 1952-й, студенты вообще легко отделались. А уже в 62-м в Куйбышеве для Кондратова аукнулась другая его проделка. В дружеской компании, собравшейся в редакции по случаю октябрьских праздников, Эдик под собственный аккомпанемент на гитаре <…> спел свои куплеты, где были такие слова: «Темная улица, каменный дом, / В каждом квартале райком и обком. / В каждом квартале советская власть, / Крутится-вертится, хочет упасть». На другой день были «беседы» в КГБ, Кондратов был выкинут с должности замглавреда, получил по партийной линии строгий выговор с занесением и был переведен на работу в рядовые «читчики-правщики». <…> А «стукача» в «дружеской комсомольской» компании вычислить так и не удалось».

Вот глава об Исае Фишгойте, человеке, которого позапрошлый губернатор, вполне справедливо, на мой взгляд, назвал «последним интеллигентом», «совестью Самары».

Вот заметки о Вячеславе Климове – первом президенте ГМК, который в последнее время совсем не появляется на клубных торжествах. Пусть тот, кому нравится, считает, что дела замучили.

Вот воспоминания о джаз-клубе, руководителем которого был Вощинин, и джаз-банде Льва Бекасова, о клубе художников «Отечество» и Валентине Вороновой, о фотостудии, Борисе Сыромятникове и Генрихе Вайнгартене.

Это легенды, рядом с которыми стыдно хвалиться своими успехами и даже думать о том, что какая-либо культурная инициатива – чей-то персональный успех и никаких предтеч и учителей у него не было.

Это наша с вами совесть. Дай Бог всем им – тем, кто отметил полвека своей бескорыстной и отважной попытки сделать этот мир лучше – здоровья!

 

* Статья опубликована в издании "Культура. Свежая газета" №28 от 20 декабря 2012 года

Tags: ГМК 62, Культура Самары
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments