Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Исправить уже нельзя, но можно окончательно всё испортить

Если вы катались по каналам Петербурга, то, конечно же, слышали у Первого Инженерного моста: «Сразу за поворотом появится самый маленький памятник Петербурга – памятник Чижику-Пыжику». В Екатеринбурге на улице Вайнера мечтают о чем-то влюбленные. В Воронеже перед театром кукол днем и ночью ждет своего хозяина Белый Бим Черное ухо. В Томске перед гостиницей чугунную обувь можно примерить – чугунные домашние тапки – и почувствовать себя как дома. Запросто можно присесть на скамеечку рядом с барышней Любочкой в Омске, посигналить неподкупному гаишнику в Белгороде, рассмотреть в лупу блоху, которую собирается подковать челябинский Левша (родом он из Тулы, но надо ж, на Урал сослали)… Перечислять можно до бесконечности, но чем дольше перечисляешь, тем горше становится. Отчего?

 

От обиды. От того, что на улицах города, в котором ты прожил всю жизнь, ничего подобно нет. Нет этой доброй скульптуры. Нисколечки.

От того, что самые забавные самарские памятники – творения Матвея Генриховича Манизера. «Лукич», полный рост которого настолько дисгармонирует с грандиозным постаментом, предназначенным императору-освободителю, что сделался поводом к появлению целого собрания анекдотов. Чапаев, который более полувека безуспешно вел своих бойцов на штурм цитадели куйбышевских коммунистов. Комиссар, чье имя волок на себе город, – на центральной городской площади, чьи антропографические характеристики как ничто более убедительно свидетельствуют в пользу дарвинистской теории эволюции…

Но во всем этом – иная природа смеха. И главное, что смех этот не столько помогает горожанину адаптироваться к враждебной ему урбанистической среде, сколько развивает у него «бойцовские качества».

А где чувства добрые, в пробуждении которых неплохо бы поучаствовать «лирам» скульптуры и архитектуры? Но вот появились «энтузазисты» – любители старых лирических комедий: мы знаем, что вам нужно! Мы расставим на ваших любимых улицах и площадях наших с вами любимых героев!

Класс, только город – это среда, которая – в идеале! – должна объединять людей, и если двор – жителей соседних домов, то центральные площади – всех горожан. И как нельзя на парадной площади торговать луком (только в годы бедствий!), так и нельзя поручать встречу гостей города «милому Робин Гуду» Деточкину.

Во-первых, потому что – «Приехали? Щас мы проверим, насколько вы честны, и если не очень – не обессудьте!» Во-вторых, потому что Юрий Иваныч никакой не символ – ни города, который он не посещал во время своих бесконечных кинокомандировок, ни беспомощной страны, не способной ни без его содействия, ни с оным победить жуликов и казнокрадов. В-третьих, потому что нет в этом двухметровом истукане ни грана рязановской иронии.

При этом «энтузазисты» используют убийственный, как им кажется, аргумент: не расстраивайтесь, ведь памятники мы ставим не за бюджетные средства – за свои! То есть если я за свои кровные захочу поставить памятный знак, например, в честь выступления Никиты Сергеевича Хрущева на площади Куйбышева, то никто мне помешать не может? Знак в виде вертикального кукурузного початка с лежащими у подножья мятыми помидорами, при посредстве которых многотысячная толпа горожан митинг сей сорвала?

Или я должен быть при этом мэром-временщиком: пусть пять минут, но мои?!

Ну ладно, ставят они свои памятники сообразно собственным представлением об этой жизни, о задачах монументальной скульптуры, но при этом умудряются наплевать в души других.

Да, я опять о знаке в парке Гагарина, который в 90-е по инициативе и частично за деньги общественной организации «Мемориал» поставили в память о жертвах сталинских репрессий. Поставили при содействии тогдашней мэрии. Делали всё второпях – слишком уж быстро уходили от нас последние свидетели тех злодеяний. Хотели успеть – повиниться перед живыми.

Не очень скрупулезно проверяли возникшую тогда версию, что расстрелы высших командиров Красной Армии велись на дачах НКВД. Почему на дачах? Что за канибалистские замашки – в непосредственной близости от проживания собственных семей, детей? Но и ставили, понимаю, не столько привязываясь к месту, сколько в память о трагедии, постигшей всю страну, каждую ее пядь.

И люди, которых расстреливали, были разные. Разных конфессий, разных укладов жизни, профессий, возрастов. Расстреливали «социально чуждых» и своих, тех, кто расстреливал, но со временем угодил в список таких же «чуждых». Как придумать образ, единый для всех? Образ, которым нельзя обидеть. Не понуждающий, а объединяющий.

Придумали. Вначале свезли куда-то памятный знак (для тех, кто свозил он – «камень», валун), ничего не сказав об этом тем, кто его воздвигал и жертвовал деньги на воздвижение. Так разрушали Храм Христа Спасителя в 1931-м, не принимая во внимание, что люди строили вскладчину в честь победы над Наполеоном в 1812-м!

Вскладчину, кстати, не потому, что государство не было в состоянии раскошелиться, потому что общность действий повышает статус! Потому что «сообща» – задача из важнейших!

Так вот, памятник свезли, и через паузу воздвигли «Спаса». Не буду про художественные достоинства: я не поклонник творчества скульптора Мельникова – и его «Дети – фронту», и Деточкин, и «Спас» глубоко чужды моим представлениям об эстетике уличной скульптуры, о природе символа, но в данном случае не об этом речь.

Как быть тем, кто верит в Аллаха, Будду или единого невидимого Яхве? Как быть атеистам, твердо верящим только в верность пути, избранного партией, что не уберегло их от Молоха? Почему Спас?

А почему в год пятидесятилетия полета Гагарина – Космопупс? Вот та, облезлая штуковина, как будто выпрыгнувшая из конструктора «Лего»? Неужели таким образом мэр решил зафиксировать свою любовь к Contemporary Art? И наплевать на чувства тех, кто участвовал в создании «российской столицы космонавтики»:

 

К своим героям, Русь, щедра ты!

Взамен портретов и статуй

Развесим черные квадраты

И рыжий пластиковый – да.

Самара! Днесь тебе подарен

Крутой концепт – любуйся всласть.

На постаменте – не Гагарин,

А наша собственная власть.

Стой вечно, памятник позора,

Среди российской старины.

Подозреваю, очень скоро

Ты станешь символом страны*.

 

Вот так и живем. Без героев, без памяти, без теплоты. И без будущего. Но самое ужасное состоит в том, что хорошо, что без будущего. Как говорят сейчас в очередях, в существующей парадигме наличие будущего чрезвычайно опасно.

 

* Стихи Дмитрия Быкова.

* Статья опубликована в издании "Культура. Свежая газета" №26 от 22 ноября 2012 года

Tags: Азаров, Каультура Самары, Хинштейн
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments