March 30th, 2021

Памяти Маэстро

Дмитрий ДЯТЛОВ *

7 марта завершил свой жизненный путь выдающийся российский пианист и педагог, музыкант редкого дарования Дмитрий БАШКИРОВ. Последние тридцать лет он работал профессором Высшей музыкальной школы имени Королевы Софии в Мадриде.


[Spoiler (click to open)]
В своем довольно преклонном возрасте много ездил по миру, участвовал в работе различных фортепианных академий и конкурсных жюри. Часто бывал в Москве с открытыми уроками и в консерватории, и в Гнесинке. Перестал концертировать лишь к восьмидесяти годам.
Когда у Башкирова спрашивали о характерных чертах русской пианистической школы, он затруднялся с ответом. Затем, подумав, говорил: «Забота о звучании и повышенная эмоциональность». Эти качества игры самого Дмитрия Башкирова часто отмечали критики в разных странах. Вот лишь некоторые из них: «Русский пианист произвел сенсацию. При всем уважении к Глену Гульду и Вану Клиберну, Дмитрий Башкиров – самый блистательный солист сезона»; «Его трактовки наполнены смелыми решениями и блеском, и это всегда музыка, поистине соблазняющая своей красотой»; «Волевое начало – одно из сильнейших «магнетических» средств подчинения слушательского внимания – остается характернейшей стороной его игры».
Дмитрий Башкиров начал активную концертную деятельность в 1955 году после победы на конкурсе Маргариты Лонг и Жака Тибо в Париже. На протяжении более полувека пианист давал сольные концерты по всему миру, выступал с именитыми оркестрами, играл в камерных составах. Его репертуар обширен, но большую часть составляют произведения композиторов-романтиков. Именно с ними наиболее полно резонирует музыкантский исполнительский талант выдающегося мастера.
Чрезвычайно нервный, невероятно импульсивный, заражающий эмоциональным накалом своей игры, Дмитрий Башкиров стал кумиром нескольких поколений музыкантов и меломанов. Там, где он появлялся, куда приезжал с концертами, везде оставлял незабываемое впечатление личной встречи. Так доверительно было его обращение к аудитории, так открыто до обнаженности было его исполнение, так правдива была его игра и заразительна выраженная в ней эмоция. Каждый, кто бывал на концертах Дмитрия Башкирова, может вспомнить что-то свое, причем глубоко личное и сокровенное, что вдруг открылось в музыке. Впечатление от его игры было поразительным, пианист всякий раз открывал в музыке неведомые тонкости и красоты. Что бы ни исполнялось, объем выразительных смыслов был просто огромным.
Башкиров не раз говорил, что педагогику всегда любил больше, чем свою игру. Ученикам часто повторял: «Стремиться к совершенству надо, но понимать при этом, что оно недостижимо». Забота о звуке связывалась у него с органикой движений рук, всего тела, с пониманием и верой в то, что рояль такой же живой, как и играющий на нем музыкант: «Если мы относимся к нему как живому существу, он и отвечает нам как живой». Краткие реплики Башкирова на мастер-классах: «Музыку слушай, не гримасничай… Не подменяй характер силой звука… Рисуй кистью, как художник… Дыши всем телом, ведь у нас шесть легких – два в груди, два в локтях, два в кистях… Приблизительность – самое ужасное, что может быть».
Точность намерений, скрупулезное внимание к мельчайшим деталям, артистическое, художественное отношение к звучанию, стремление проникнуть в суть музыки, умение видеть и понимать авторский текст – основа педагогики Башкирова. Главным же он считал «научить задавать вопросы, отвечать на них и тут же делать, воплощать в звуке».
Из класса Дмитрия Башкирова вышло немало прекрасных музыкантов, имена которых можно часто встретить на афишах концертных залов по всему миру. «Мои ученики – то, что останется после меня», – говорил профессор Башкиров. И это справедливо, ведь таким образом осуществляется сохранение традиции высокой музыки, происходит передача уникального художественного опыта новым поколениям музыкантов. Но осталось и многое другое: многочисленные записи выдающегося артиста, мастер-классы незаурядного педагога, документальные фильмы, открывающие удивительно цельную и высокоодаренную натуру человека.

* Пианист, музыковед. Доктор искусствоведения, профессор СГИК. Член Союза композиторов и Союза журналистов России, «Золотое перо губернии».

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 18 марта 2021 года, № 6 (203)

Нечеловеческое искусство в присутствии людей

Илья САМОРУКОВ *

Галерея Victoria Underground запустила проект «УБЛАЖАТЕЛИ ОБЪЕКТОВ». Кураторы ведущей в Самаре частной арт-институции решили выйти за формат «просто выставки» и позиционировали эту инициативу как «трансдисциплинарную лабораторию и философское исследование отношений и сенсорных проявлений объектов нечеловеческого мира».

Кроме кураторов и художников к проекту были подключены хореографы, электронные музыканты и даже комнатные растения. Само название проекта отсылает к модному в последние десять лет направлению так называемой объектно ориентированной онтологии. Проще говоря, «Ублажатели объектов» на уровне заявлений должны обратить внимание на мир нечеловеческого: «В последние десятилетия фокус философских и художественных изысканий уходит от антропоцентричности в сторону других форм жизни и отношений. Мы привыкли, что природный и вещественный мир должен быть удобен для нас, мы создаем предметы по принципу эргономичности – удобства для нашего тела, сенсорики, взгляда, мы подчиняем природу своим задачам, мы меняем материю на молекулярном уровне. А если задаться вопросами: какие отношения и связи существуют между объектами вне нас? Какие потребности есть у неживого и возможно ли их осознать во вне-человеческой парадигме? – Мы поймем, что это гигантская зона неизвестности, ойкумена для нашего знания и опыта, которую если и можно освоить, то только на малую часть».


[Spoiler (click to open)]
Проект разделен на четыре секции: визуальное искусство, (пост)танец, звук и оранжерея растений. Секции названы лабораториями, а практика – экспериментами. Предполагается, что люди станут не просто пришедшими на выставку гедонистическими зрителями, а исследователями и соучастниками. Искусству тесно в рамках выставочной работы, поэтому оно стремится стать чем-то большим и чем-то похожим на науку.
На открытии первой части проекта зрители увидели две металлических конструкции, напоминающих полки; три плазмы с видео передвигающихся по этим конструкциям обнаженных женских тел, десяток комнатных растений и похожую на ведьму женщину в страшном гриме. Выставка сопровождалась текстами, которые должны были убедить зрителя в том, что перед ним художественная иллюстрация идей объектно ориентированной онтологии.
«В этом проекте объект понимается как то, что можно постичь только косвенно, т. е. то, что не сводится к конкретным вещам. В этой перспективе интерес представляют: физические объекты, длительность, техника (как то, что «отчуждает»), природа (как то, что действует из прошлого), человек и его границы, дигитальность, а также отношения между всеми ними» (из текста Дмитрия Гилена, куратора лаборатории искусства).
«Танец – это отношения, это поиск новых связей в теле, связей между партнерами. Следуя за мыслью Грема Хартмана о том, что «любая связь есть объект», мы можем предположить, что танец также может быть объектом» (из текста Юлианны Авраменко, куратора лаборатории (пост)танца).
«Музыка и звуки до сих пор не до конца изучены в объектно ориентированной онтологии, так как невозможно понять, как звучит «объект в себе», но данная тема уже давно занимает умы людей» (из текста Дмитрия Крылова, куратора лаборатории звука).
Привязка к современным философским теориям, на первый взгляд, должна как-то прояснить присутствие на выставке произведений, но в данном случае она выглядит как дань моде и следование уже сложившимся в современном искусстве форматам и практикам. В Самаре еще не было выставок с таким открытым влиянием объектно ориентированной онтологии, и галерея Victoria Underground просветительски закрывает этот пробел и открывает зрителю мир нечеловеческого.
Другой вопрос, а сможет ли вообще выставка современного искусства позволить нам войти в этот мир? Искусство создается человеком и для человека, мир иных объектов несколько миллиардов лет спокойно обходился без инсталляций и хореографических перформансов. Искусство – это одобряемая обществом сфера чувств и смыслов. На выставке есть объекты, которые могут приковать внимание и даже поразить. Особенно мощным из них, безусловно, является женщина-ведьма, произносящая заклинания на древнегреческом языке. Один из посетителей вздрогнул, когда увидел это страшное загримированное лицо. (Пост)танец нагих женских тел на экранах тоже привлекает внимание, но эти «объекты» и так уже в достаточной мере освоены искусством. Вряд ли кто-то смотрит на них и не узнает в них людей.

Успехом проекта стал бы разворот зрителей к миру нечеловеческого, но этот успех стал бы катастрофой, после которой искусство перестало бы существовать. Поэтому нечеловеческое в «Ублажателях объектов» – всего лишь модная тема, а не – увы или к счастью – горизонт достижимого.

* Куратор, арт-критик, кандидат филологических наук.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 18 марта 2021 года, № 6 (203)