December 6th, 2020

Джазмен с калифорнийского ранчо

Игорь ВОЩИНИН *

Весной 1987-го я был в очередной командировке в Москве. После устройства в гостиницу, как обычно, нашел ближайшую сводную театрально-концертную афишу, чтобы спланировать вечера́ на неделю, и был шокирован, узнав о концерте Дейва БРУБЕКА. Бросился обзванивать друзей, но надежды раздобыть билет оказались напрасными. Прибыв к залу «Россия» за два часа, лишний билетик втридорога я все-таки отловил – за одну минуту до начала концерта – и на свое место пробирался уже когда на сцене шло представление музыкантов.

Делал это мой давний друг музыковед Алексей Баташев. Позже он мне рассказал, что ему поручили постоянно сопровождать группу Брубека на гастролях. Дома Алексей практически не бывал, поэтому я и не смог раньше до него дозвониться.
Квартет в Москве выступал в новом составе, возникшем в начале 80-х. На кларнете играл Билл Смит, давний друг Дейва, на ударных – Рэнди Джонс, а на бас-гитаре и тромбоне – Крис, сын Дейва.
Все эти события вспомнились мне совсем не случайно, поскольку сегодня исполняется 100 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ замечательного пианиста и композитора Дэвида Уоррена Брубека. Осмелюсь поэтому вместе с вами заглянуть в далекое прошлое.

[Spoiler (click to open)]
За роялем Дейв оказался в 4-летнем возрасте под присмотром матери, профессиональной пианистки, и в начале 30-х мальчик поигрывал со школьными друзьями. Но Дейв не собирался быть музыкантом и мечтал продолжить дело отца-скотовода на семейном ранчо в Калифорнии. Он уже в детстве приобщился к ковбойским премудростям, в том числе лихо скакал на коне. Потому юноша оказался на ветеринарном факультете, хотя в годы учебы в университете и руководил студенческим ансамблем.
Более того, по воспоминаниям самого Брубека, когда в его музыкальном бизнесе в молодости вдруг возникали какие-то сбои, он подумывал о возвращении на родительское ранчо, но, видимо, не судьба была Дейву стать скотоводом. В 1944-м на армейской службе он собрал солдатскую музыкальную группу, а после демобилизации поступил-таки в музыкальный колледж. Здесь Дейв серьезно заинтересовался джазом, собрал экспериментальную музыкальную группу, которая позже после сокращения превратилась в квартет. Именно этот формат ансамбля затем у Брубека – профессионального музыканта остался главным на всю жизнь.
***
Говоря о творчестве Дейва Брубека, нужно прежде всего вспомнить о стилях Cool и Third Stream. Как следует из названия, стиль Cool – «прохладный» – стал как бы противоположностью предшествующей горячей музыке джаза Hot. Cool отличался эмоциональной сдержанностью, уравновешенностью, интеллектуализмом. Вне сомнения, в этом стиле гораздо чаще и больше стали использоваться элементы академической музыки.
Началом стиля следует, пожалуй, считать творческие поиски и эксперименты пианиста Ленни Тристано в конце сороковых. Политональность, полиритмичность и даже многоразмерность стали очень частыми. Дейв Брубек, прошедший обучение у Дариуса Мийо, конечно, не мог обойти это. Он нашел прекрасного партнера-единомышленника в лице альт-саксофониста Пола Дезмонда.
Одним из главных хитов созданного ими квартета стала композиция Дезмонда Take Five. По рассказам, Пол как-то подошел к Дейву и сообщил, что у него появилась свежая мелодия. Он наиграл ее, но при этом пожаловался, что не может придумать название, попросив пианиста помочь. Брубек, занятый какими-то другими делами, не очень внимательно все выслушал, для приличия одобрил, буркнув при этом: «Take Five». Эта фраза – фразеологизм и на сленге означает что-то типа: «Браво, дай пять!». По другому варианту, Брубек просто хотел, чтобы Пол ему не мешал, и предложил тому отдохнуть пять минут, сделав перерыв в общении.
Позже музыканты вернулись к мелодии и довели ее до кондиции, чтобы записать на готовящийся диск Time Out. Но, поскольку пьеса так и не получила названия, вспомнили момент ее рождения и оставили с названием Take Five, в буквальном переводе – «Возьми пять». Композиция была написана в непривычном для джаза размере 5/4, и в ее доведении большую роль сыграл барабанщик Джо Морелло с его изящным ритмическим рисунком.
Пьеса была записана в 1959-м и за два последующих года стала хитом. Во многом благодаря именно ей диск Time Out стал первым в истории джаза альбомом, распроданным миллионным тиражом. Позже Брубек рассказывал, насколько мучительной для квартета была эта запись. Процесс в студии неоднократно прерывался, когда после нескольких неудачных попыток кто-то из музыкантов опять терял ритм. В конце концов запись все-таки была завершена техниками путем монтажных стыковок.
Сегодня Take Five давно перешла в разряд популярнейших стандартов, звучит в самых разных версиях и исполнениях, постоянно используется в кино, на телевидении и радио. Для квартета Дейва Брубека пьеса стала своеобразной визитной карточкой, лицом ансамбля и даже вообще лицом всего джаза.
Легендарный состав квартета Дейва Брубека с участием выдающегося саксофониста Пола Дезмонда появился в 1951-м и на 16 лет стал одним из самых ярких представителей достигшего именно в эти годы наибольшего расцвета стиля Cool.
Кстати, у обоих музыкантов в биографиях прослеживаются славянские корни. Одна из бабушек Дейва была русской, а славянско-еврейских предков Пола Эмиля Брейтенфельда (Дезмонда) можно обнаружить в США среди чешских эмигрантов.
Пол Дезмонд был, по сути, главным голосом ансамбля, и именно он придал ему четко выраженную «куловую» стилистику. Его лирическая и изящная, но в то же время свинговая манера исполнения, легкий, воздушный и элегантный звук саксофона были совершенно неповторимы. Вне сомнения, все последующие – уже без Дезмонда – инструментальные составы Брубека были совершенно иными: в них отсутствовала уникальность саксофона Пола.
Пика популярности квартет достиг в феврале 1963 года после триумфального выступления музыкантов на сцене Карнеги-холла. Но в 67-м Брубек распустил квартет и занялся главным образом композиторской работой. Правда, в семидесятых их сотрудничество с Полом возобновилось и с перерывами существовало до смерти саксофониста в 1977 г.
***
В 1968 г Брубек сочинил несколько ораторий: «Свет в пустыне», «Врата правосудия», «Миру мир». Собственно, пианист никогда не причислял себя к чисто джазовым музыкантам, а стиль Third Stream («Третье течение»), являющийся синтезом джаза и академической музыки, получил развитие во многом именно благодаря творчеству Брубека. Как композитор он написал немало сочинений большой формы, в том числе балеты, произведения для симфонического оркестра и даже мюзикл.
Как пианист Дейв Брубек совершенно уникален. Его привязанность к жанрово гибридной разновидности музыки в 50-х годах дала повод некоторым джазовым ортодоксам обвинить Дейва в отсутствии свинга и, соответственно, поставить под сомнение причисление его музыки к джазу. Но Брубек просто не признавал обязательность жестких условностей жанра и, не отвергая особенностей, он расширял его границы, создавал новые направления и способствовал популяризации. Дейв был большим новатором и успешно внедрял нерегулярные и нехарактерные для джаза метроритмические формации, в том числе 5/4, 9/8, 11/4, 7/4.
В эти годы Дейв стал выступать в ансамбле со своими детьми. Не в пример отцу, мечтавшему стать ковбоем, четверо из шести его детей однозначно избрали своей профессией музыку. Их совместные с Дейвом выступления проходили в составе ансамбля Two Generation Of Brubeck.
Что же касается скепсиса в музыкальном мире, то постепенно музыка Брубека получила признание профессионалов, а затем и рядовых любителей. Кроме собственного квартета Дейв играл и записывался со многими великими мастерами – от убежденных традиционалистов, включая Луи Армстронга или Кармен Макрей, до новаторов Чарли Мингуса и Джерри Маллигена.
Пришедшее признание ввело Брубека во всевозможные Залы Славы, сделало почетным доктором различных университетов. Он стал победителем престижных конкурсов и лауреатом премий, в том числе премии «Грэмми» за достижение в области музыки и государственной премии за предоставление через музыку американского «видения надежды, возможности и свободы».
Фотография Дейва Брубека была помещена на обложку самого авторитетного американского журнала Time. Этой чести из джазменов семью годами раньше был удостоен только великий Луи Армстронг.
Дейв Брубек играл для восьми американских президентов, а также для Папы Римского во время его визита в США. В Нью-Йорке создан Институт Брубека, который занимается изучением и популяризацией обширного музыкального наследия композитора и пианиста. У института также солидные образовательный и просветительский проекты, в которых участвуют и российские музыканты, приезжающие в Штаты по линии программы «Открытый мир» при Библиотеке Конгресса США.
***
Выступлений Дейва Брубека в Советском Союзе/России было несколько. С первого в 1987 году я и начал сегодняшний рассказ о музыканте. Позже усилиями Алексея Баташева фирма «Мелодия» выпустила двойной виниловый альбом «Дейв Брубек в Москве». До этого та же «Мелодия» в 1977-м сделала по лицензии диск «Популярные пьесы из репертуара Дейва Брубека». Общее же количество приездов к нам Брубека точно назвать трудно, поскольку часть их была связана с сопровождением музыкантом дипломатических миссий.
Из других российских выступлений Дейва Брубека следует отметить концерты 1997 г. в Москве. Один был джазовым и состоялся в «России», а второй, симфо-джазовый, проходил в Большом зале Московской консерватории. В квартете Дейву тогда помогали Бобби Милителло (альт-саксофон и флейта), Джон Сикс (контрабас) и Рэнди Джонс (ударные). Звучали известные и новые джазовые композиции, в том числе авторские, а также оджазированные фрагменты русской классики – Стравинского, Свиридова, Бородина. Вместе с Российским национальным академическим оркестром квартет исполнил композицию, написанную братом Дейва, Говардом Брубеком, – «Диалоги для комбо и оркестра», а также с хором и солистами собственный опус Дейва Мессу «К надежде» и написанный им специально для исполнения в Москве «Хорал».
Во время приездов Дейва Брубека в Россию у него установились дружеские отношения со многими отечественными музыкантами и меломанами.
Забавная история случилась во время концерта в декабре 1997 года в зале Московской консерватории. Тогда один из зрителей попросил Дейва исполнить джазовую импровизацию на тему русской песни «Эй, ухнем». Дейв с удовольствием это начал делать, но вдруг к нему на сцене присоединился студент со скрипкой. Это был ставший позже знаменитым музыкантом и дирижером Денис Колобов, живущий ныне в Чили. Он тогда объяснил, что своей игрой хотел почтить память ушедшего накануне из жизни легендарного французского джазового скрипача Стефана Граппелли, а Дейв Брубек на том вечере с энтузиазмом включился в импровизированный дуэт.
В 1988-м произошла личная встреча с Брубеком самарского пианиста Григория Файна. Это было во время приезда Брубека с квартетом в составе официальной делегации президента США Рейгана, прибывшего на встречу с Горбачевым. Файн тогда работал в ресторане «Континенталь» в здании Совинцентра. Брубек услышал Григория и очень тепло отозвался о его игре. Позже у Файна были еще встречи с Брубеком, а также отдельно с его детьми-музыкантами, а с самим Брубеком Григорий Файн с тех пор переписывался вплоть до последних дней жизни Дейва.

Дейв Брубек и Григорий Файн

В Штатах Брубек познакомился с Игорем Бутманом. Собственно, когда Дейв его там услышал впервые, он и дал российскому музыканту рекомендацию для обучения в престижном джазовом колледже Беркли, причем с получением стипендии. Позже Игорь еще встречался и играл вместе с Дейвом.
В России неоднократно выступали и ставшие замечательными музыкантами дети Дейва Брубека. В сентябре 2012 г тромбонист и басист Крис и барабанщик Дэн со своим ансамблем Brubeck Brother Quartet дали несколько концертов в России с участием наших ведущих джазменов. Программа была посвящена творчеству Брубека-старшего, и случилось так, что она стала как бы прощанием с великим композитором и пианистом: через два месяца его не стало.
«Я верю в джаз потому, что уникальность человека исходит из ритма, в котором живет его сердце. Повсюду в мире – это один и тот же ритм. Ты с этим рождаешься, и это последнее, что ты слышишь», – наверное, Дейв Брубек чувствовал, что эти его собственные слова о нем самом.

* Член Гильдии джазовых критиков и Союза журналистов России.

Писатели в библиотеке

Юлия АВДЕЕВА *
Фото Романа БУБНОВА, Сергея ОСЬМАЧКИНА

При поддержке регионального министерства культуры областная универсальная научная библиотека приглашает к диалогу о современной литературе с российскими авторами в рамках проекта «Писатель в библиотеке».

В плотном графике ноября и декабря – девять встреч и десять авторов. До официального старта проекта по приглашению театра «Город» библиотеку для разговора о творчестве с самарскими читателями посетили Алексей Сальников и Роман Сенчин.

«Меня скорее удивляет мой мозг. Как он может это всё придумывать?»

Книга Андрея Сальникова «Петровы в гриппе и вокруг него» обсуждается с 2017 года как событие. Мало кто не слышал, что это «Улисс» на новый лад или отражение магии российской действительности. Происходящее с героями романа – не то болезненный полубред, не то обыденная жизнь, и без того наполненная абсурдом. В московском «Гоголь-центре» и Центре современной драматургии в Екатеринбурге появились театральные постановки романа, а режиссер Кирилл Серебренников готовит экранизацию с Чулпан Хаматовой и Иваном Дорном.
В контексте событий 2020 года о романе заговорили с новым интересом, как о пророчестве. Сам писатель не считает, что попал своим текстом «в нынешнее эпидемиологическое безумие», и популярность романа с ним не связывает.
Фонд СОУНБ пополнили не только упомянутые «Петровы», но и романы «Опосредованно» (вышедший после «Петровых»), «Отдел» и поэтический сборник «Кот, лошадь, трамвай, медведь» с автографами автора.

[Spoiler (click to open)]

«Запретных тем в литературе, я думаю, нет»

Роман Сенчин – не только известный прозаик и литературный критик, но и – «для души» – вокалист альтернативных групп «Гаражная мелодика» и «Свободные радикалы». Поговорили о музыкальном творчестве и о взглядах на современные литературные процессы и о том, как автор представляет себе идеальную экранизацию своих книг. Затронули тему туристического потенциала Тувы, своеобразным путешествием по которой является книга Сенчина с обманчивым названием «Дождь в Париже».

«Запретных тем в литературе, я думаю, нет. Но каждый литератор подходит со своими инструментами: у кого-то пила, у кого-то топор, у кого-то скальпель... Какая-то грань, какой-то саморедактор в авторе должен быть. Не всё можно и нужно переносить на бумагу. Либо, если переносить, то делать это именно художественно, может, даже иносказательно в какое-то время. Нужно ко всему обращаться, всё пытаться анализировать, исследовать, но именно художественными методами».
На вопрос, с чего начать знакомство с его творчеством, Сенчин предлагает ознакомиться с одной из его самых автобиографичных вещей «Лёд под ногами».
А в библиотеке вы также найдете книги «Рок умер – а мы живем», «Срыв», «Петля», «Петербургские повести», «Дождь в Париже», «Постоянное напряжение», «Зона затопления», «Конгревова ракета».


«Счастье – это не когда всё получается, а когда ты живешь ту жизнь, которую хочешь»

Официальным открытием проекта «Писатель в библиотеке» стала встреча с Александром Архангельским. Писателю, публицисту, телеведущему, профессору Высшей школы экономики и автору школьных учебников предстояло высказаться о проблемах современного образования: от целесообразности ЕГЭ по литературе до перспектив дистанционного обучения.

Обсуждали значение литературных премий, достоинства современных писателей и их книг (навскидку гость вспомнил о биографии Лескова от Майи Кучерской, новых романах Александра Иличевского и поэта Тимура Кибирова, книгах «русского писателя в Украине» Андрея Дмитриева, Ксении Букши, «левой и феминистской» Оксаны Васякиной, а также Евгения Водолазкина, Дмитрия Захарова, Шамиля Идиатуллина, Гузели Яхиной).
В разговоре о телевидении упомянули закрытую на канале «Культура» передачу Архангельского «Тем временем» и о проекте, над которым писатель работает в настоящее время – документальном фильме «Голод», посвященном истории голода в советской России в начале 20-х годов XX века. На первом этапе съемки фильма пройдут в Оренбурге, Бузулуке, Уфе, Саратове и Челябинске и, конечно, в Самаре.
На закономерный вопрос к всесторонне талантливому деятелю: «Как всё успевать?» – Архангельский отвечает: «Надо позволить себе испытывать радость от того, что ты делаешь. Муки творчества, разумеется, есть. Но они средство, условие, а не то, ради чего ты садишься книжки писать. Мне очень нравится моя сфера деятельности. Я живу словами и со словами, а слово это очень благодатный материал».
Принципам и приемам работы со словом в различных медиа Архангельский обучает на курсе трансмедийного сторителлинга в ВШЭ: «Мы попали в мир, где, не рассказывая истории, жить нельзя. Можно не читать – это плохо, мне обидно, я автор. Но не придумывать нельзя вообще. Нет профессии, где не нужно было бы рассказывать истории миру».
Книги, с которых можно начать знакомство с творчеством Александра Архангельского: «Несогласный Теодор. История жизни Теодора Шанина, рассказанная им самим» и «Русофил. История жизни Жоржа Нива, рассказанная им самим», вышедшие в серии «Счастливая жизнь». Также среди новинок в библиотеке: «Бюро проверки», «Продленка для взрослых. Путеводитель по классике», «Русский язык и литература. 10 класс. Углубленный уровень. В двух частях».

«Если человек пишет и ему хорошо, пускай он пишет»

Писатель Даниэль Орлов – геолог по образованию и преподаватель литературного мастерства – постарался ответить на вопрос, нужно ли учиться быть писателем. Если коротко, то совсем не обязательно. Можно научиться каким-то основам, свой инструментарий у поэтов и прозаиков. Но главное преимущество студентов литературного института – всесторонняя начитанность. А без чего не бывает хороших писателей?

«Я считаю, что для писателя-прозаика – ну, кроме таланта, потому что талант это константа, которая единожды дается; сколько дали, столько и дали, больше уже там не насыпят, очень важен жизненный опыт. Я не всегда доверяю текстам людей совсем молодых, когда они пишут, например, о Великой Отечественной войне. Или о достаточно сложных этических проблемах. Я просто понимаю, что они ещё не пережили. Должен быть огромный опыт потерь, огромный опыт несчастья и счастья, огромный опыт расставаний, встреч, подлостей, собственных в том числе, переживаний этих подлостей. Обязательно нужно, чтобы будущий прозаик пожил, и пожил по-честному, амплитудно, чтобы его сознание, его эмоции рушились вниз и, наоборот, взмывали ввысь. Тогда это будет серьезный жизненный опыт».
Школой жизни для Даниэля Орлова стала работа геологом, благодаря которой появился повод для творческого высказывания и был написан роман «Чеснок». Также ищите в библиотеке романы Орлова «Саша слышит самолеты», «Долгая нота» и сборник рассказов «Офис-дзен».

«Что к концу года помнится лучше всего, то, наверное, и важно»

Галина Юзефович, встреча с которой состоялась онлайн в прямом эфире, сразу обозначила: «Я не настоящий писатель, я скорее наблюдатель и болельщик в литературе».

Задача литературного критика – помочь читателю сориентироваться в необъятном потоке книжных новинок. Разговор с самарскими читателями Юзефович посвятила книгам 2020 года – тем, что запомнились, и тем, которые только готовятся к выходу, буквально в ближайшие недели. Быть может, кому-то эти произведения также покажутся интересными и станут поводом поддержать «несчастную полудохлую индустрию, которая на самом деле нам всем так нужна».
В этот год продажи книг упали катастрофически: «Веселые издатели говорят, что у них уровень продаж 80% от прошлого года, грустные что 60%». Отменилась ярмарка интеллектуальной литературы Non/fiction, которая также служила огромным магазином, обеспечивая издателям серьезную выручку. В любой трудной ситуации человек начинает отказываться от покупки книг. Но книжные шкафы и библиотеки никто не отменял. Уверены, на ваших домашних книжных полках найдутся достойные внимания книги.
А вот что, по мнению Галины Юзефович, можно поискать в библиотеках и книжных магазинах.

  • Новое русское.

«Оправдание Острова» Евгения Водолазкина, каждый роман которого становится заметным и важным событием, историческая хроника воображаемого государства.
«Сад» Марины Степновой попытка написать классический роман XIX века, сменив мужскую оптику на женскую. Отличается богатым, пышным русским языком.
«Риф» Алексея Поляринова три гармонично взаимосвязанные сюжетные линии о севере, исследованиях, сектах и преодолении травм.
К жанру фэнтези у многих отношение снисходительное, но трилогия Натальи Осояну «Дети великого шторма» (первый роман «Невеста ветра») не похожа на наши привычные представления о фэнтези и заслуживает внимание взыскательного читателя. Интересно сконструированный мир с яркими героями, высокий слог. «Это прекрасная трилогия, в которую хочется уйти, несколько затворив за собой дверь, чтобы снаружи не дуло».
Самое яркое литературное впечатление Галины Юзефович от этого года сборник рассказов поэта Аллы Горбуновой «Конец света, моя любовь»: «Он состоит из очень эмоционально узнаваемых, точных персональных наблюдений, с одной стороны, и совершенно безумной странной русской магической фантасмагории. Что самые удивительное, эти два жанра, которые мы привыкли видеть изолированно, у неё перетекают друг в друга практически без склейки. Мне кажется, это действительно совершенно новый тип русского письма».

  • Детективы года.

«Дурная кровь» (в английской версии скорее «взбаламученная») Роберта Гэлбрейта (он же – переодетая Джоан Роулинг). 900 страниц, которые критик осилила на английском за неделю, «несут знамя классического детектива во всей его красоте, полноте и совершенстве. Если вы являетесь поклонником этого жанра, то это, черт возьми, идеальный детектив». Эту книгу Юзефович рекомендует приберечь до «неизбежного отпуска» новогодних праздников и читать под ёлкой в первые январские дни, пока все остальные спят.
«Суверен» крупного историка, преподавателя Кембриджского университета Кристофера Сэнсома, в детективной серии которого действие происходит во времена Генриха VIII. Сэнсом одинаково хорошо воссоздает реалии и рассказывает истории.
«Охотничий дом» Люси Фоли с клишированным заходом, может, и не самое выдающееся произведение, но его прелесть в том, как качественно и добросовестно автор отрабатывает все приемы классического детектива: «Обаятельная и увлекательная одноразовая головоломка. Это книжка на два вечера. Эти два вечера будут вполне неплохие».
«Человек с большим будущим» Абира Мукерджи Галина Леонидовна хвалит за невероятный антураж и обаятельных героев-следователей.
Еще один классический детектив, явно вдохновленный одним из романов Агаты Кристи (каким – пусть читатель догадается самостоятельно), – «Переплетения» Зигмунта Милошевского.

  • Non fiction.

«Еда для радости» Елены Мотовой о разных системах питания и здоровом подходе к ним (бонусом множество кулинарных идей).
«Праведный палач» Джоэла Харрингтона. Автор исследует подлинный дневник немецкого палача XVI века.
«Лучшее в нас» канадского нейрофизиолога Стивена Пинкера одна из самых оптимистичных нон-фикшн книг научно опровергает наше мнение о том, что всё плохо.
«История чтения» Альберто Мангеля. Аргентинский культуролог, библиограф, директор национальной библиотеки Буэнос-Айреса набирался книжной премудрости, будучи секретарем Борхеса. Его книга собрание самых разных взглядов на чтение как процесс.
«Чисто британское убийство» Люси Уорсли история происхождения жанра и его влияния на литературу.

  • Переводная проза.

«Джеймс Миранда Барри» Патрисии Данкер. «Если о романе написано «интересный взгляд на гендер», я уже чувствую некоторую тоску, потому что столько интересных взглядов на гендер прочитала за последние 3-4-5 лет, что кажется, куда уж ещё. А вот Патрисия Данкер действительно предлагает очень интересный взгляд на гендер».
«Нормальные люди» Салли Руни роман о первой любви, подогретый выходом сериала.
«Тревожные люди» Фредрика Бакмана «скандинавская сумрачная милота» (за это слово Галина Юзефович извиняется, но другого не подобрать) о незадачливом грабителе, уже стала бестселлером во всем мире.
«Непосредственный человек» Ричарда Руссо. Романы о хороших людях, у которых и в жизни всё, в общем-то, неплохо, – что может быть скучнее? Но крупнейший современный американский писатель нашего времени выстраивает из этого набора невероятной силы эмоциональные высказывания.
Семейная сага «Завещание» Нины Вяхи север, выраженный через судьбы его обитателей.
«Я рекомендую каждому читателю собрать подборку голосов, которые будут рассказывать про то, что вам может быть интересно. Главное – не вверять всю свою читательскую судьбу в одни руки», – подытожила Галина Юзефович.
Опытом литературных поисков она также делится с читателями в своих книгах «Удивительные приключения рыбы-лоцмана: 150 000 слов о литературе» и «О чем говорят бестселлеры. Как всё устроено в книжном мире».

«Не могу сказать, что я был в состоянии священного безумия часто.
Видимо, поэзию должно вызывать именно это ощущение»

Программу проекта «Писатель в библиотеке» в ноябре завершил настоящий творческий вечер. Поэт, прозаик, переводчик и издатель Вадим Месяц, чью поэзию высоко оценивал Иосиф Бродский, выступил перед зрителями с концертом. Были стихи, проза, песни под гитару и откровения о писательстве. Но об этом – в продолжении заметок в следующем номере.

* Культуролог, редактор СОУНБ.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 3 декабря 2020 года, № 23 (196)

Свежести самарской культуры. 7 декабря, понедельник

МУЗЫКА
В музыкально-филармоническом центре «КОНСЕРВАТОРИЯ» Самарского государственного института культуры – «Вечер оперетты». Исполнители: лауреаты международных конкурсов Евгения ПОНОМАРЕНКО (сопрано) и Роман КАРПЯК (тенор). Партия фортепиано: Мариана НОВИКОВА и Валентина ЯХЬЯЕВА (18:00).

[Spoiler (click to open)]
***
Во ДВОРЦЕ КУЛЬТУРЫ НОВОКУЙБЫШЕВСКА – концерт джаз-оркестра «Мираж» «Время джаза» (19:00).

ТЕАТР
В Центральной библиотеке имени Н. Г. Крупской (Самара) – «Театральный понедельник» (18:30).

ИЗОБРАЗИТЕЛЬНЫЕ ИСКУССТВА
В САМАРСКОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ МУЗЕЕ – выставка «Черный квадрат» Казимира Малевича» из собрания Государственного Эрмитажа. Для демонстрации знаменитого полотна Дмитрием и Марией ХРАМОВЫМИ был разработан специальный арт-проект под названием «Черный квадрат [Аудиенция]», образной темой которого является особая организация пространства – павильон в виде треугольной призмы, определенного супрематического космоса внутри традиционного помещения исторического здания музея. Конструкция павильона ведет зрителей к «Черному квадрату», создавая на тактильном уровне ощущение восхождения к «иконе».
В музее работают выставки «Передвижники: образ эпохи. Портретная и жанровая живопись второй половины XIX века» из собрания Государственной Третьяковской галереи, и «Многоголосие» южнокорейской графики из частной коллекции.
В филиале музея – ИСТОРИКО-МУЗЕЙНОМ КОМПЛЕКСЕ В СЕЛЕ ШИРЯЕВЕ – выставка «Ультимо Тули», на которой представлены работы самарских скульпторов Кристины ЦИБЕР и Николая КУКЛЕВА.
***
В выставочном зале Самарского отделения Творческого союза художников России (ТРК «ЕВРОПА») – коллективная выставка «Белая метель».
***
В ЦРК «ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ» – выставка авторских работ резчика Сергея КЛЮЧНИКОВА «Умельцами славится край Самарский».
***
В офисе «АЛЬЯНС ФРАНСЕЗ САМАРА» (Высоцкого, 10) в рамках VI Международного фестиваля «Французская осень» – выставка «Пейзажи Невшательского края».
***
В Доме культуры «ЧАЙКА» – «Зимняя сказка», авторская выставка фотографа ДК «Октябрь» Натальи МИШУРИНСКОЙ, и коллективная художественная выставка «Очарование зимы».
***
В ДЕТСКОЙ КАРТИННОЙ ГАЛЕРЕЕ – выставки «От пещерного Льва до кота Василия», «Кто живет в белокаменном саду».
***
В ДОМЕ-МУЗЕЕ ЛЕНИНА – выставка «Кукла как искусство».
***
В ДОМЕ АРХИТЕКТОРА – итоговая выставка фестиваля «ФУТУРУГУРУ» – предметов дизайна, созданных детьми.
***
В БИБЛИОТЕКЕ АВТОГРАДА – выставка живописи Ирины ЗЫКОВОЙ, в основе которой – художественные впечатления автора от поездки по Италии, и выставка цветочных миниатюр Марии ПЬЯНОВОЙ.
***
В ЦЕНТРАЛЬНОЙ БИБЛИОТЕКЕ ИМЕНИ В. Н. ТАТИЩЕВА (Тольятти) – выставка Владимира ПОМЫТКИНА «Плакаты».

КИНО
В мультиплексе «ВЕРТИКАЛЬ» – документальный фильм Дэвид БИКЕРСТАФФА «Люсьен Фрейд. Автопортрет» (Великобритания, 2020) (19:00).

ЛИТЕРАТУРА
В БИБЛИОТЕКЕ № 20 – литературно-поэтический портрет «Россия в судьбе Рильке» (14:40).

ОБРАЗОВАНИЕ
Во дворе ДОМА-МУЗЕЯ ЛЕНИНА – экспозиция «Картины прошлого усадьбы городской», включающая надворные постройки, сохранившиеся в усадьбе купца Рытикова с тех времен, когда здесь жила семья Ульяновых. В ходе реновации каретный сарай с конюшней и сенником и напогребица были освобождены под новую экспозицию. Сейчас здесь восстановлена картина, характерная для многих самарских усадеб той эпохи: посетители могут увидеть разные виды повозок, предметы быта, конскую упряжь, столярные инструменты, сельскохозяйственные орудия, которые были в ходу у самарцев.