November 29th, 2020

Логика разрыва

Виктория ТРИФОНОВА *
Фото Дмитрия ПТИЦЫНА

В галерее «Виктория» открылась выставка «ЛОГИКА РАЗРЫВА. Искусство фотографии в Самаре за 50 лет». Кураторы Сергей БАЛАНДИН и Сергей ОСЬМАЧКИН не раз во время открытия сожалели о том, что в пространстве галереи трудно было разместить все работы. Но и то, что удалось предложить публике, довольно точно отмечает основные этапы, школы, направления самарской фотографии за полвека истории.

Конечно, фотография в Самаре была и до 1970-х. Критик и исследователь фотографии Виктория Мусвик, определяя место самарской фотографии в российском историческом контексте, предлагает вести начало фотографии как искусства с фотосекции, которая действовала в знаменитом ГМК-62. Трудно не согласиться с утверждением, что именно тогда, в эпоху оттепели, культурная и общественная жизнь закрытого города Куйбышева стала развиваться в общем дискурсе свободы, общественной инициативы, полилогичности, множественности взглядов на реальность. И конечно, фотография не могла выпасть из этого процесса, наоборот – фотоискусство стало полем постижения, преображения, понимания реальности и, как следствие, сформировало визуальную культуру своего времени.
Хронология проекта, на первый взгляд, мало отражена в устройстве выставочного пространства. Тем не менее, сведя начало и окончание экспозиции к работам Владимира Привалова – в 70-е он работал в фотоклубе «Параллакс», – организаторы вольно или невольно подчеркнули изначальную самостоятельность и самодостаточность самарской фотографии.
Пейзажи 1970–80-х вызывают ассоциации с музыкой Бетховена – мощной, страстной, глубокой. Обращение к куйбышевским реалиям того времени в них сложно обнаружить, однако именно эти фрагменты реальности именно в то время предложил автор для со-переживания, со-участия, со-мыслия своим куйбышевским зрителям. И сегодня, полвека спустя, такое общение автора со зрителем по-прежнему актуально.
Фотография предлагает взглянуть на действительность глазами автора: так сказать, посмотреть через призму его мировоззрения. Однако посмотреть публика может, но вот что она увидит – зависит только от зрительского навыка, от насмотренности, от ее собственного интеллектуального, эмоционального, повседневного опыта. Собственно, и выставка «Логика разрыва» больше об истории визуальной культуры в Самаре, о долгом, неравномерном развитии фотоязыка и умении выражать самые сложные или простые смыслы.

[Spoiler (click to open)]
Кураторы выставки сознательно предложили не искать хронологических, вербальных подсказок, а полагаться только на визуальное восприятие. С одной стороны, это позволяет «услышать» (если так уместно сказать о фотографии) всё, что говорили и продолжают говорить самарские фотографы своими визуальными высказываниями. С другой – эффект полилога заставляет вспомнить экспозицию «Звуки штетла» в Еврейском музее: все слышно, все понятно, пока ты «внутри», но шаг в сторону – и возникшее вдруг представление, образ, впечатление распадается на эмоции, вспышки воспоминаний, обрывки несвязных звуков.
И все-таки некоторую логическую подсказку организаторы выставки предлагают: период 70–80-х гг. представлен работами участника фотоклуба «Параллакс» Сергея Ускова и серией «Белое море» художника-графика Георгия Кикина. Сергей Осьмачкин представляет следующий этап самарской фотографии – в 80-е он начал развивать городскую школу фотографии в фотоклубе «Самара». Многие его фотографические работы находятся в мировых фотографических собраниях, и это, пожалуй, самое лучшее, что случилось с самарской фотографией за полвека: пронзительный «Сережа» (1995) и вечно-эпичная «Волга» (1995) говорят о настоящем и общем, вневременном и актуальном – и пусть самарскую фотографию знают такой.
Концептуальная фотография Евгения Рябушко представлена на выставке «Персидскими коврами». Созданные в 90-е, они в плоскости пола образуют некие пространственно-временные порталы – переходы из одного смыслового пространства галереи в другое. Но и здесь все не так однозначно: серебряно-желатиновая печать снимков уже в первом зале соседствует с «цифрой», во втором же зале мультимедийное разнообразие достигает новых высот: проекция google-карт позволяет Дарье Каракуловой представить реальность, зафиксированную только технологически, без авторского «решающего момента». И это уже фотографические практики современной самарской фотографии – фотоклуб «Контраст» 2018–2019 гг., более известный как арт-сообщество.
И все-таки, можно ли говорить о самарской фотографии как о цельном явлении? Что-то объединяет авторов выставки? Или – «мы разные, непохожие, просто живем в одном городе»? Да и правильно ли определять фотографию по географическому признаку – ведь тем и хорошо визуальное общение, что понятно всем и везде? Ответы на эти вопросы можно получить там же, на выставке «Логика разрыва».
Значительное место на выставке занимают работы международного творческого объединения Fixxer, которое возглавляют Сергей Осьмачкин и Дмитрий Орлов. Конечно, это уже «цифра»… Ян Саркисян, Елена Елеева, Павел Куприянов, Полина Кубарева, Юлия Зотанина и Вячеслав Чалдышкин – все они «ценят прямую фотографию, документальность, отражение жизни только фотографическим языком», так написано на сайте объединения. И еще Fixxer «предоставляет возможность свободного разговора». Многие из представленных на выставке работ членов объединения подписаны просто: «Без названия», что, разумеется, вызывает зрителя «на разговор» – с самим собой в первую очередь. Так фотография и становится искусством.
Однако особенно запомнился «Персик» Сергея Осьмачкина. Работа 2011 года изображает разорванное изнутри, почти взорванное нечто, сочащееся – страшное, одним словом. Но именно название/пояснение, данное автором, заставляет еще раз взглянуть, уже по-другому, на фотографию безобидного фрукта и совсем по-житейски отругать себя: «И чего это я напридумывала?!!» Такой вот персональный «тест Роршаха».
Можно получить представление о развитии фотографии в Самаре на выставке «Логика разрыва», но понять, что же такое самарская фотография, наверное, не получится: фотографию всегда делали, придумывали, показывали самые разные люди для общения с другими людьми. И здесь, как и в жизни, можно прекрасно понимать далекого и покойного А. Картье-Брессона и не понимать своего современника и земляка: просто потому, что языки разные. Фотоязыки, конечно!

* Кандидат исторических наук, доцент Самарского университета, член Союза журналистов России.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 19 ноября 2020 года, № 22 (195)

Соло для левой руки

Александр ИГНАШОВ *
Фото предоставлено театром «Мастерская»

Не имея собственной сценической площадки, не оглядываясь на распространение второй волны коронавирусной пандемии, Самарский молодежный драматический театр «Мастерская» продолжает удивлять: премьеры спектаклей идут одна за другой – буквально каждые две-три недели! В Пушкинском народном доме и на сцене Дома актера прошли премьерные показы спектакля «Коля против всех», а уже через несколько дней анонсирована «Безымянная звезда» М. Себастиана. Не каждый театральный коллектив может работать в таком темпоритме!..

Чуть больше четырех лет назад, 14 сентября 2016 года, в рамках секции современной драматургии Самарского отделения СТД состоялись читки пьес самарских драматургов, вошедших в шорт-лист конкурса монопьес, проведенного Российской государственной библиотекой искусств, радио «Культура» и редакцией журнала «Современная драматургия». В тот вечер студент актерского отделения института культуры Валерий Сабельников показал в режиссуре Ирины Сидоренко пьесу Сергея Давыдова «Коля против всех». При заявленном формате актерских читок была показана именно пьеса, создан ее сценический эскиз. Состоялось подробное и довольно эмоциональное обсуждение текста с участием самого драматурга и публики.
Спустя четыре года театр «Мастерская» вернулся к пьесе. Художественный руководитель театра Ирина Сидоренко пригласила на постановку режиссера Леонтия Бородулина.

[Spoiler (click to open)]
Несколько слов о драматурге и о пьесе. Сергею Давыдову 28 лет. Он родился в Тольятти, в Самаре окончил аэрокосмический университет. Его частенько называют тольяттинским драматургом, относя к продолжателям традиций Вадима Леванова и «Майских чтений». На мой взгляд, пьесы Давыдова выходят за рамки этого определения. Кстати сказать, в 2014 году с одной из своих первых пьес Сергей участвовал во Всероссийском литературном фестивале имени Михаила Анищенко. Присущий автору в то время юношеский максимализм через пару лет нашел отражение и в герое пьесы «Коля против всех».
В творческой биографии драматурга участие в проектах «Театра.doc» и мастерской Дмитрия Брусникина, конкурсы и фестивали драматургии «Ремарка», «За!текст», «Действующие лица», «Евразия», «Любимовка».
В 2017-м на лаборатории молодой режиссуры в театре «Школа современной пьесы» состоялся эскизный показ пьесы «Коля против всех», в сентябре 2018-го текст был опубликован в электронном журнале «ЛиTERRAтура», а в октябре 2019-го Центр драматургии и режиссуры пригласил зрителей возрастной категории «16+» на премьеру спектакля в постановке Юлианы Лайковой, занявшей в сценической интерпретации монопьесы двенадцать актеров.
Когда в пьесе доминирует тема отверженности ребенка, когда событийный ряд построен вокруг этого в форме монолога, то за присутствующим на первом плане состраданием герою режиссер пытается найти нечто художественно более глубокое и многогранное. Не потому ли при переносе этой монопьесы на сцену режиссеры сознательно изменяют обозначенному автором жанру, привнося в мир монологического высказывания героя иных сценических персонажей? Возможно, дело в том, что не каждый молодой актер обладает творческим потенциалом, способным в течение часа сценического времени не просто удержать на себе внимание зала, но взять зрителя за сердце, перевоплотившись в 12-летнего мальчика-изгоя.
Спектакль СМДТ адресован подросткам. На афише указаны режиссер-постановщик, жанр «монопьеса», возрастное ограничение «12+» и почему-то не указан актер, за которого из-за этого становится обидно. Валерий Сабельников существует в образе Коли Мельникова абсолютно убедительно и искренно, ничуть не театрально. В наполненном метафорами спектакле Леонтия Бородулина, сочетая несколько образных систем, актер раз за разом раскрывает перед нами новые грани внутреннего мира подростка с его ожиданиями, надеждами, разочарованиями, глубоко затаенной нежностью и ярко выраженной агрессивностью. Поздравив театр с удачей, в кратком варианте рецензии на премьеру на этом можно ставить точку.
В эскизном показе пьесы у мальчишки было больше озлобленности. В спектакле музыкально одаренный Коля менее агрессивен. Он не такой, как все. Его не понимают ни туповатые одноклассники, ни лицемерные учителя, ни ставшая домашним тираном родная бабушка. Единственным близким ему человеком была умершая мама. Сцены воспоминаний Коли о маме, о ее смерти, пожалуй, самые пронзительные моменты спектакля! Даже музыку Коля любит очень по-своему, внутренне, не на показ, что называется, душой, которая у него совершенно не ладит с рациональным началом. Никакого пианистического будущего у этого пацаненка нет не только потому, что с первого мгновения мы видим его изуродованную правую руку, но и потому, что Коля – человек по природе своей фатальный, предназначенный не жизни, но судьбе.
Спектакль – о судьбе, о юной личности, способной в чем-то противостоять житейским испытаниям, а в чем-то перед ними отступать. Эту двойственность героя, его второе «я», режиссер раскрывает, выводя на сцену не существующего в пьесе персонажа – некую девушку в концертном фраке с клавишами в руках. В программке читаем: «В спектакле занята Виктория Мамеева». Театр не конкретизирует, в каком образе существует актриса, оставляя зрителям возможность, отталкиваясь от собственных ощущений, понять, кто она для Коли – его Душа, его Мечта, его Мелодия?
Подчеркнуто скудная обстановка комнаты, в которой живет Коля, – стол, стул, не кровать, а сундук, на котором он спит, пианино, ставшее мусорным баком, – отражает холод одиночества и обреченности надежд на лучшее. Обращенный к неизвестному для нас другу монолог Коли о жизни исповедален и адресован каждому из нас. Не случайно Коля не раз упоминает созвучные исповеди музыкальные темы и произведения, а «Молитва» Булата Окуджавы становится контрапунктом всей его жизни. «Там аккорды простые, диапазон не такой большой», – говорит Коля вроде бы о любимой песне, а на самом деле о себе, о своих мечтах и о безрадостной действительности. «Много хочешь – мало получишь», – с сарказмом повторяет он слова бабушки.
Коля привык быть один. Как привык есть одни и те же сосиски. Как привык носить майку супермена, никаким суперменом, по сути, не будучи. В свои 12 лет он живет так, словно прожил всю жизнь. Привык, что все против него, а он против всех. Страдания в жизни от разочарований, это он хорошо усвоил, а если нет ожиданий – нет и разочарований. Но как при всем этом жить? Для чего жить?
И пьеса, и спектакль начинаются и заканчиваются фразой: «Я всегда всё делаю наоборот!» Персонаж Валерия Сабельникова не столько делает, сколько переживает, раздумывает. Он способен на поступок, но поступков в его жизни до обидного мало, а позитивных – и вовсе наперечет.
Отрезав себе циркулярной пилой пальцы на одной из рук, подставив под якобы совершенное преступление ненавистную бабушку, Коля со слезами на глазах читает полученное от нее письмо, мечтая окончить универ и взять бабушку к себе. В этот хеппи-энд как-то не верится. Коле, по его собственному признанию, ожидания приносят лишь разочарования. И всё же, несмотря на всю мрачность событийного ряда, отчаяние подросткового максимализма, финал спектакля оставляет светлое ощущение, вселяя надежду если не на чудо, то на что-то лучшее, что обязательно произойдет в жизни Коли – не может не произойти!
***
«Давят на жалость!» – раздраженно сказал после спектакля один из зрителей в возрасте. А в это время подростки один за другим подходили к лежащей в фойе книге отзывов и писали в ней слова благодарности. В целевую аудиторию спектакль попал абсолютно точно! Рассказанная со сцены история срикошетила в тинейджеров. Оставшись в зале почти на час, они обсуждали с актерами и режиссером увиденное на сцене, делились своими житейскими историями. Преодолевая стеснительность, девочка лет 13–14 произнесла: «Наша депрессивность и жестокость – не отклонение от нормы. Как без этого повзрослеть?»

Самарский молодежный драматический театр «Мастерская»
Сергей Давыдов
Коля против всех
Моноспектакль
Режиссер – Леонтий Бородулин
Художники-постановщики – Сергей и Юлия Гореловы
Премьера 28 октября 2020 года

* Кандидат филологических наук, член Союза писателей, Союза театральных деятелей, Союза журналистов России, «Золотое перо Самарской губернии».

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 19 ноября 2020 года, № 22 (195)