October 20th, 2020

Аппассионато нон дубино

Наталья ЭСКИНА *

Бухбиндер – это Бетховен сегодня.
Народное

Ничего не знаю лучше Apassionata... Но часто слушать музыку не могу… хочется милые глупости говорить и гладить по головкам людей… а сегодня гладить по головке никого нельзя… надобно бить по головкам, бить безжалостно.
«Горький о Ленине» («Известия ВЦИК», 1924, № 84. 11 апреля)


Двести лет прошло. За это время сотни тысяч пианистов играли сонату. Большинство воинственно, угрожающе, резко, пригоршнями разбрасывая молнии.
Решительная гильотина первых трех звуков: если отрежет голову, по какому же месту бить-колотить? Бухбиндер призадумывается. Дубины или булыжника пролетариата у него в руках нет. У него множество вопросов к «Аппассионате» и к Бетховену. Присоединимся к великому бетховенианцу.
В сонате три темы. Главная – ГТ, побочная – ПТ и заключительная – ЗТ. Между ними связующие (СТ). ГТ вся в пунктирах, в зигзагах молний. Ритмические «зигзаги» – на священном музыковедческом языке «пунктиры». Длинная и краткая нотки. ГТ то и дело освещается молниями. Удары грома довольно-таки натуралистическими фортиссимо обрушиваются нам на головки – никакого Ильича не надо! Зевс-громовержец в нас кинет!
Грозы, ливни… Тысячи пианистов гуляют по просторам «Аппассионаты» и возвращаются – хоть выжимай! С них ручьями течет. Но вот выходит погулять в предместье Вены, в Мёдлинге, Бухбиндер. Погода плохая. Грозы. Поберегись! Замок Мёдлинга был однажды дотла сожжен ударом молнии. Но народ не боится. Вот и Бетховен был тут замечен. Это мёдлингцы почтили основанием Дома-музея Бетховена. В кафе «Хаффнер Хаус» сидел.
Полноте, да я ли это вспоминаю? Дежавю. Это Бухбиндер вспоминает. Каким образом ему удается в сонате создать образ воспоминания? «Как же эти молнии выглядели»? Пунктиры словно слегка смазаны, нерезки, туман воспоминания их заволакивает. И с фрака Бухбиндера не течет – всё в прошлом. И грозные грозы лишь в голове и в памяти.
В плохую погоду, как мы знаем, совершаются революции. Холодно, мокро. У нас – ноябрь. Во Франции – с октября по… по январь, вероятно. Все недовольны. Взбунтоваться бы! Головы друг другу порубить! Вот оно и наладится! Слушаем теперь ПТ. Марсельеза? Тот же эффект. «Рев кровожадных солдат… Резать ваших сынов, ваших подруг!»
Революционно-людоедческие лозунги гаснут в памяти. Кровь впиталась в почву.
Острые революционные ритмы нравятся всем. Особенно советским пианистам. Шагать под них по Красной площади! Серпом махать, молотом по головкам – кровавых собак!
Бухбиндер вспоминает: вот как они на прогулках в Мёдлинге на травке бутербродики разворачивали, венские песни хором пели! Идиллия!
Обрывки идиллии еще доносятся в СТ. В ЗТ небо быстро очищается от туч. Пианистический взгляд задумчиво исследует прояснившийся горизонт.
II часть. Пилигримы спиралью терренкура шествуют к Граалю. Хрустальный свет дематериализации осеняет священную вершину Монсальвата. Тут кончается плотное вещество мира, темная тяжесть четвертей, аккордов. Остается лишь поток трепещущих квантов… Там, наверху, – вечный свет рая. Безусловный шедевр Бухбиндера, и таких шедевров у него много.
В финале, между прочим, есть крестное знамение в басу. И пляски смерти в коде.

* Музыковед, кандидат искусствоведения, член Союза композиторов России.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 8 октября 2020 года, № 19 (192)

Беги, Лола, беги!

Герман ДЬЯКОНОВ *

С недавних пор человечество здорово перепугалось того, что само и наделало. Вот дал же Бог нам, дуракам, разум. Отчего же этот самый разум способен, прежде всего, убивать? Отчего же он уже почти убил планету? Теперь только бежать! А куда? Ёжику понятно: на другую планету.
Сентябрьский выпуск журнала РАН «Успехи физических наук» открывается обширной статьей «Экзопланеты: природа и модели». Думаю, наши читатели способны интерпретировать заглавный термин. Да, это и в самом деле «внешние планеты», те, что находятся вне нашей Солнечной системы. Именно на них уповаем, ибо «наши», солнечно-системные, для жития нашего не суть пригодны.

Двенадцать разделов обзора дают полную картину современного научного знания о возможной Новой Ойкумене. Думаю, особый интерес в контексте моего мрачного зачина будет представлять десятый: «Возможная обитаемость планет». Сразу же говорится о том, что нет никаких предпосылок считать обитаемой какую-либо из экзопланет, как, впрочем, и ни одну из «наших». Авторы описывают характеристики звезд, около которых имеются планеты. Надо, чтобы степень металличности звезды, то есть относительное присутствие в ее составе элементов тяжелее водорода и гелия, была высокой, а это можно увидеть по звездному спектру.
Дело в том, что лишь у высокометалличных звезд могут образоваться каменные планеты, такие, как наша. Чем ближе к центру Галактики, тем таких звезд больше, но тут велика вероятность взрыва сверхновых, что не дает времени на устойчивое существование жизни. «Жизнеспособные» планеты могут быть около звезд, находящихся в кольце протяженностью от 7 до 9 килопарсек от центра Галактики. Им уже от 4 до 8 миллиардов лет, так что если где-то и есть мощная цивилизация, то ее звезда старше Солнца примерно на миллиард лет. Пик образования сложных форм жизни в Млечном пути уже пройден.
Следует иметь в виду, что межзвездная диффузная материя не просто какая-то пыль. Там много всякой органики (напомню, что органическое вещество построено обязательно из углерода и включает в свой состав водород, а также кислород, азот, возможно, серу и т. п.), в том числе даже этанол, С2Н5ОН, то есть практически водка! Имеются и простые сахара, есть метиламин, от которого один шаг до образования глицина, простейшей аминокислоты. Но это сырье, нужны еще и особые физико-химические характеристики планеты. Она не может находиться ни слишком далеко от звезды (холодно), ни слишком близко к ней (горячо). Опять-таки вода должна присутствовать в жидком состоянии, хотя бы периодически, как у нас.
В Солнечной системе этим условиям удовлетворяют Земля и с некоторой натяжкой Марс. Правда, примитивные формы жизни могут быть на спутниках планет-гигантов. Что касается дальнего Космоса, то благодаря большому числу звезд с планетными системами в зоне потенциальной обитаемости имеется большая вероятность отыскать себе убежище от чудища, именуемого Хомо, извините, Сапиенс. Только вот жить в этом мире прекраснейшем уж не придется ни мне, ни тебе. Уж больно далеко. Да можем и не успеть до Апокалипсиса.

* Специалист по теории информатики, старший преподаватель СГТУ.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 8 октября 2020 года, № 19 (192)