June 3rd, 2020

Три примера изоляционной лирики

Илья САМОРУКОВ *

В докарантинную эпоху, в сентябре 2018 года, в Самару приезжала ныне живущая во Львове петербургская поэтесса Галина Рымбу. Она читала в «Горький-центре» лекцию о поэзии как убежище и задавалась вопросом «Может ли поэзия остановить таяние ледников?». В метафоричности этого пророческого вопрошания был и вполне материалистический смысл. Галина Рымбу относит себя к левой традиции и имеет репутацию ангажированного художника, который по-марксистски «не только объясняет мир, но и изменяет его».

[Spoiler (click to open)]
Вопрос про ледники запомнился, но ответов за последующие два года после ее приезда я не получил. Потому что ледники еще не начали таять так быстро, чтобы угрожать человечеству. В ситуации пандемии в вопросе Рымбу ледники можно заменить на вирусы, которые в 2020 году оказались опаснее ледников. Может быть, поэзия когда-нибудь и остановит их таяние, но остановить распространение коронавируса она не в силах. Это, увы, можно утверждать совершенно определенно.
Поэтическое письмо может воздействовать на мозг человека, но не на «неклеточного инфекционного агента». Также ясно, что пандемия не сломала человеческую способность создавать художественные тексты. Они появляются и в ситуации «социального дистанцирования», как когда-то они возникали во время войн и революций. Масштабные катастрофические события становятся источником рождения новых или, по крайней мере, специфических именно для этой ситуации эстетических реакций.
Пандемия повлияла почти на все сферы социальной деятельности, вирусы загнали людей в дома, квартиры и больницы, где те были вынуждены обратиться к культуре, которая транслируется через экраны телевизоров, компьютеров, мобильных телефонов, бумагу и радиоэфир. С другой стороны, мировой карантин дает уникальную возможность включенного наблюдения за культурными процессами, которые в буквальном смысле эволюционируют у тебя на глазах.
В ходе такого наблюдения за ходом карантина мной были замечены несколько художественных текстов, которые можно назвать примером «поэзии в карантине». Чтобы не поднимать вкусовой вопрос о том, что такое поэзия, рациональнее назвать это изоляционной лирикой. Несмотря на цифровой медиум (эти тексты опубликованы в Интернете), мы имеем дело с письменными практиками, тип которых так или иначе связан с режимом изоляции. Слово «лирика», где, по Аристотелю, «автор остается самим собой и не меняется», в данном случае акцентирует внимание на субъективном переживании. По этим текстам через какое-то время можно будет исследовать, как люди воспринимали и описывали опыт карантинной изоляции с помощью поэтического медиума.
Ежедневно в Сети появляется несколько тысяч текстов (статьи, посты, комментарии и т. д.), где упоминается изоляция и которые не претендуют на поэтический статус. Можно было бы даже сконструировать концепт изоляционного письма, который включал бы любые тексты, тексты об изоляции, написанные в период карантина, но для этого стоит дождаться окончания пандемии.
Стихи же об изоляции уже появились. Единственная причина внимания к приведенным здесь текстам – это совпадения. Так получилось, что они были просто зафиксированы наблюдателем, то есть автором этой статьи. Может быть, приведенные примеры кого-то вдохновят на свои наблюдения.
Авторы приведенных лирических текстов живут сейчас в разных городах и профессионально занимаются литературным трудом. Все тексты были публично представлены, адресованы какой-то в той или иной мере массовой аудитории, то есть их можно воспринимать как литературный жест, а не просто высказывание о коронавирусе. Это стихи о карантине. При разнице поэтик это послание является общим для всех трех текстов и поэтому позволяет рассматривать их как фазы осмысления карантина.
***
Павел Арсеньев

* (диссертация как психофизиологический опыт)
я изолировался еще несколько лет назад,
«когда это не было модно», когда еще было можно,
сбежал из родного города, сменил ремесло,
точнее остановился на одном из,
раньше искал затрудненной формы во всем,
теперь – легкой формы чего бы то ни было
и во что бы то ни стало
(пустые графы заполните, пожалуйста, сами)
во всяком стараюсь избегать осложнений,
не покидаю города месяцами,
ни с кем не вижусь неделями,
не разговариваю целым днями,
зато теперь все понимаю как надо:
как оформлять библиографию,
как организовывать свое время,
как правильно питаться,
что можно даже не пытаться,
а что стоит постараться закончить.
выхожу из дома теперь я довольно редко –
в библиотеку, где не трачу время
на разговоры (с живыми),
сразу берусь за тексты
мертвых белых мужчин,
давно отключил у себя часть функций,
чтоб ничего не мешало
(в той еще полноводной жизни
всегда успевал так много,
но не оставил потомкам
никаких письменных указаний)
предметом исследования избираю
только достойные внимания факты,
предоставляю этому свои сервера
для вычислений, не трачу
аппаратных возможностей
на вторичные источники,
посвящаю себя осмыслению того,
что произошло прямо тогда-то и у самих тех-то,
спасаю объекты из прошлого –
от того, чтобы им ими стать.
из-за полной занятости без всякой оплаты
решил не лететь на каникулах
на другой конец света,
разобраться хотя бы
с бумагами в дальнем углу,
и свет резко сжался до комнаты,
возможно, больше никогда
так и не восстановив прежних масштабов.
#карантинный_цикл
Город Лозанна, 2 апреля 2020 года

Текст Павла Арсеньева, редактора литературно-критического альманаха «Транслит», теоретика и практика современного извода литературного авангарда, выглядит как ритмизированный дневник и номинально становится частью целого (и пока еще недописанного цикла). Описание повседневных фактов и усталая констатация, что автор уже был изолирован и до карантина. Ретроспективная мысль, что ничего не изменилось и карантин только прояснил прежнее положение вещей, пожалуй, одна из основных тем изоляционного письма. Эта установка фантазматически делает карантин менее невыносимым и в чем-то сходна с обращением к предыдущим и уже устоявшимся в культуре образам изоляции (от «Декамерона» до «Чумы»).
***
Дмитрий Данилов

Чемпионат Белоруссии по футболу 2020

Почти пустые стадионы
Гулкие при телетрансляции
Тренеров слышно лучше
Чем болельщиков
Которых нет, фактически
Которые сказали
Коллективно заявили
Закройте наш футбол
Наш белорусский футбол
Не будем на него ходить
Потому что коронавирус
Потому что опасно
<...>
И всё-таки
Чемпионат Белоруссии по футболу
2020 года
Продолжается
Единственный в Европе
На стадионы
Почти никто не ходит
Какие-то жалкие кучки людей
Они, наверное, боятся
Эпидемии коронавируса
И не хотят идти
В место скопления
Потенциальных
Или реальных
Носителей
<...>
И можно, конечно, сказать
Что буду теперь следить
Буду теперь любить
Чемпионат Белоруссии
Следить за всеми этими
Ислочами, Смолевичами и Белшинами
Нет, не буду, конечно
Поинтересуюсь в конце сезона
Кто там стал чемпионом
И насколько провально выступило
Минское Дынама
Всё-таки есть какая-то
Симпатия к ним
Москва. 10 апреля

Этот верлибр драматурга Дмитрия Данилова строится вокруг реального специфического или даже экзотического карантинного факта – чемпионата Белоруссии по футболу. Этот чемпионат стал известен миру исключительно благодаря пандемии и решению его не прерывать. Вряд ли этот текст нуждается в интерпретации. «Чемпионат Белоруссии – это образ карантина» – вот как минимум одно послание этого лирического текста.
***
The Rolling Stones (Мик Джаггер и Кит Ричардс)

Жизнь в городе-призраке **

Я призрак,
Живущий в городе-призраке.
Ты можешь искать меня,
Но меня нельзя найти.
Ты можешь разыскивать меня,
Но мне пришлось уйти в подполье.
Жизнь была так прекрасна,
А потом нас всех посадили под замок.
Я чувствую себя призраком,
Живущим в городе-призраке.
Когда-то здесь было шумно,
Воздух наполнял гром барабанов,
Цимбалы звенели,
Разбивая стекла,
Визжали трубы,
Хрипели саксофоны.
Людям было все равно, день это или ночь.
Я призрак,
Живущий в городе-призраке.
Я ухожу в никуда,
Молчащий и одинокий.
Я потеряю много времени,
Просто уставившись в свой телефон.
Каждую ночь мне снится,
Что ты придёшь и отправишь меня на койку,
Прошу, пусть это закончится.
Я не могу затеряться в мире, который не имеет конца.
Проповедники проповедовали,
Благотворители просили,
Политики делали дела,
Воры благополучно воровали,
Вдовы плакали.
Для нас не осталось кроватей, чтобы спать.
Мне всегда казалось,
Что всё это рухнет.
Живем в городе-призраке.
Мы были так прекрасны,
Я был твоим мужчиной в городе,
Живущим в этом городе-призраке.
Я не могу веселиться,
Если я хочу устроить вечеринку,
Эта вечеринка для одного...
24 апреля

Текст к песне о карантине, безусловно, можно отнести к изоляционной лирике. Группа The Rolling Stones известна миллионам людей по всему миру в течение полувека. Ее лидеры подчеркивают, что песня была написана еще в 2019 году, но выпустили они ее именно в карантин в апреле 2020-го. Восемь лет до этого группа не записывала новых песен. Вирус и всемирный карантин пробудили даже вневременных легендарных рок-звезд. Новая песня известнейшей группы автоматически стала гимном изоляции и фактом истории рока, который, как выясняется, в карантине еще жив. Послание этой песни, если посмотреть на слова, не сильно отличается от текстов Данилова и Арсеньева: «Жизнь была прекрасной, а теперь мы изолированы».
***
Целью этой заметки был не анализ текстов, а фиксация их появления. Это промежуточные наблюдения. Карантин еще продолжается. Культура и поэзия тоже.

26 апреля 2020 года

* Куратор, арт-критик.
** Подстрочный перевод – Илья Саморуков.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» 7 мая 2020 года, № 8–9 (181–182)

В четверг выходит в свет очередной номер «Свежей газеты. Культуры»

Вот мы и вернулись – будем надеяться – к привычному формату: выход номеров через две недели.
Этот номер – предпраздничный (по сути, каждый номер можно позиционировать как предпраздничный, а во время, когда яркие впечатления от новейших событий уступают ярким же воспоминаниям от уже пережитого когда-то, – тем более). На этот раз грядет Пушкинский день России, и естественно «передовая» отдана эссе доктора филологических наук Геннадия КАРПЕНКО «Тебя ж, как первую любовь, России сердце не забудет!..», посвященная памяти поэта. Уверен, что многие помнят его искрометного «Пушкина на любой вкус», опубликованного в «Свежей» к 219-му дню рождения поэта.

[Spoiler (click to open)]
В этом же номере «Лекторий» кандидата искусствоведения Натальи ЭСКИНОЙ «Несвоевременный гусь», в котором ироничная и еще более самоироничная Наталья Анатольевна анализирует поведение «лапчатого», воспетого «нашим всем» в строках:
На красных лапках гусь тяжелый,
Задумав плыть по лону вод…
***
Еще один календарный праздник, мимо которого, «Свежая» пройти не могла, – День защиты детей. Как пишет доктор филологических наук Михаил ПЕРЕПЕЛКИН, предваряя «Нелюбовный треугольник» – очередной урок на «Факультете ненужных вещей»: «День защиты детей – это про что? Кто и от кого их, собственно, защищает? И кто на них в таком случае нападает, с какой целью?»
«Свежая» традиционно празднует не по трафарету. Вот Любовь ЧЕРНЯЕВА, старший научный сотрудник отдела развития Тольяттинского краеведческого музея, а по совместительтву – клинический психолог, член Ассоциации психотерапевтов и психологов, буквально кается в статье «Люблю Отчизну я, но странною любовью…», представляя новую музейную экспозицию «Детство «Ставрополя/Тольятти».
А куда заведут ассоциации и метафоры с гиперболами неподражаемую Зою КОБОЗЕВУ (доктора исторических наук – не забывайте!) предсказать в принципе невозможно. В этот раз рассуждения о детях привели ее к эссе «Люблю, целую, Гога!»
***
Ну и, конечно, мы не можем забыть о масштабном… флешмобе вокруг пандемии. Тем более, когда собеседник Елены ШИШКИНОЙ – доктор психологических наук Константин ЛИСЕЦКИЙ. Вторая часть беседы (первая была опубликована в начале мая) – «Новая каста»: «При отсутствии новой стратегии глобальной адаптации и осмысленности происходящего, пророчества и указания размножаются как грибы. В результате на планете миллиарды растерявшихся, не имеющих обоснованного оптимизма, в отношении своего будущего. Сходство в одном – в скептицизме».
«Снимите с вируса корону» – советует кандидат филологических наук Татьяна РОМАНОВА в колонке «О языке». Новый этап развития событий предсказывает в рассказе «Самоинтеграция» Алла ВОЛЫНКИНА.
И два отчета «с места событий»: «Что год текущий нам готовит?» – о видеомосте «Дмитрий Азаров – Ольга Любимова»; и «Как жить будем?» – о совещании в Комитете Государственной думы по информационной политике, информационным технологиям и связи, посвященном обсуждению мер поддержки медиаотрасли, пострадавшей в эпоху самоизоляции.
***
Но центральные полосы газеты отданы всё же искусству.
На «Музыкальной площади» кандидат искусствоведения Ольга КРИШТАЛЮК размышляет о красоте «немассовой» музыки (La Vita Nuova), доктор искусствоведения Дмитрий ДЯТЛОВ предлагает «Слушать вместе» музыку Джона Тавенера («Разум, погруженный в сердце»), а один из самых многоопытных отечественных джазовых критиков Игорь ВОЩИНИН ищет «Русский след в джазе». И «вишенка» – заметка «Давид Ойстрах и Юрий Брюшков» (первая публикация была в «Волжской коммуне» за 1932 год), позволяющая разглядеть культуру самарских любителей музыки в динамике.
В «Театральном переулке» Вячеслав СМИРНОВ рассказывает о наиболее яркой странице драматургии региона – тольяттинской («Школа, которой нет»). Субъективные воспоминания деятельного участника событий. Здесь же первая публикация в авторской колонке кандидата филологических наук Галины ТОРУНОВОЙ «Воспоминалки» – о Вере Александровне Ершовой.
Истории самарских изобразительных искусств посвящены публикации кандидата искусствоведения Татьяны ПЕТРОВОЙ («Николай Попов и его Прекрасные Дамы» – о портретах одного из лидеров самарского ВХУТЕМАСа), заведующей отделом хранения Самарского художественного музея Руфии САЛИХОВОЙ («Самарский Шурале» – о Нурхатиме Бикулове), воспоминания главного научного сотрудника Самарского художественного музея Валентины ЧЕРНОВОЙ («Людмила Петтоки»). Здесь же –  «краеведческий этюд» Валерия МОКШТАДТА «Пришествие футуризма».
В газете с титлом «Культура» вполне естественен «перекос» в пользу литературы. Кандидат филологических наук Леонид НЕМЦЕВ «в поисках героя» обратился к «Демонстрации брутальности». Доктор филологических наук Сергей ГОЛУБКОВ «Вслед за мерцающими смыслами» вспомнил о 65-летии журнала «Юность» и его первых «звездных» десятилетиях – «Когда возраст не соответствует названию…» Колонка Германа ДЬЯКОНОВА «Habent sua fata libelli» посвящена «Узорам и кружевам Истории». А рецензия Марии ДОЛОНЬКО «Дорога без начала и конца, или Прекрасное далёко» – вослед только что вышедшей в издательстве «Аквилегия-М» книги самарского прозаика Анны Штомпель «Игра в пазлы, или Девочка из Грозного».
На страницах «Свежей» закрепилась и «Книжная полка» с информацией о новинках non fiction.
***
Культуре места посвящена аналитическая статья Армена АРУТЮНОВА «Формирующие нашу жизнь» – о исторически ценных градоформирующих объектов, определяющих индивидуальное лицо Самары) и лирическая зарисовка Татьяны ПЕТРОВОЙ «Ширяево».
Светлана ВНУКОВА побеседовала с руководителем философской школы «Симпозион» профессором Сергеем ЛИШАЕВЫМ – «Философия в публичном пространстве» (к 5-летию школы).
Бесконечную, к нашему и читательскому общему удовольствию, сагу Вадима РЯБИКОВА «Просто о сложном» продолжает тема «Тайна и память предков».
В номере – «жемчужины» наших колумнистов Александра ЗАВАЛЬНОГО («Иван Емельянов» – «Самара в их жизни»), Олега ГОРЯИНОВА («Бадью» – «Смотрим вместе») и Германа ДЬЯКОНОВА («Физика – археологии» – «Парадигмы»).
Надеюсь, заинтриговал… Заинтересовал.