May 4th, 2012

"Отечество в опасности!"

Материал опубликован в №7-8 "Свежей газеты" за 2012 год.

«Отечество в опасности!»

Преувеличивают ли кинематографисты

глубину падения общественных нравов?

16 апреля очередной пленум Союза кинематографистов России принял Заявление. Оно обращено к избранному Президенту России Владимиру Путину и посвящено проблеме духовного и физического выживания нации, тому, «будет ли существовать дальше эта общность – российский народ».

Это тот случай, когда на Заявление нельзя не ответить: оно принято творческим Союзом, несколько
десятков членов которого были доверенными лицами Владимира Владимировича на мартовских выборах. Их
нельзя обвинить в предвзятости, очернительстве и поверхностном знании ситуации. Они, в большинстве
своем, совершенно искренне считают, что у России сейчас нет альтернативного кандидата в гаранты
Конституции и гражданских свобод. Но оттого, что они «свои», и выражение боли их воспринимается острее.

Часть первая. Диагноз: утрата моральных ценностей

«Безграмотность, усугубленная введением ЕГЭ в средних школах, нравственное одичание, полная потеря духовных ориентиров, культ эгоизма и наживы любой ценой, равнодушие к родной земле, забвение традиций и отсутствие того, что называется «укладом жизни», деградация отношений между мужчиной и женщиной, а, следовательно, обесценивание семьи, – все это ставит Россию на грань небытия».

Уверен, что эта цитата из Заявления не нуждается в подкреплении фактами. Они вопиют. И хотя в разделенном идеологическими битвами обществе борющиеся стороны вполне могут одно и то же событие оценить диаметрально противоположным образом, «итого» и у тех, и у других окажется в «глубоком минусе».

И те, кто называет Pussy Riot «кощунками», и те, кто считает, что светская Российская Федерация катится к средневековому мракобесию, пожалуй, едины в одном: «Нечисто что-то в Датском королевстве».

Но пока народу, уверенному в том, что «нет в Датском королевстве подлеца, который не был бы отпетым плутом», предлагают искать национальный путь среди остающихся для него недосягаемо абстрактными политических «истин», договориться эти стороны не смогут.

Кинематографисты предложили вернуться к великой культуре и великой истории, грозящими остаться разве что в сказочных мифах и скабрезных анекдотах. Не зацикливаться на выставлении оценок, а задуматься, что не завтра, а уже сегодня к вечеру может оказаться, что бессмысленно спорить о том, как правильнее назвать маршрут, который проделала Россия, – путь очистительной жертвы или славная дорога побед. Бессмысленно, потому, что об этом «маршруте» может не остаться не только воспоминаний, но и каких бы то ни было свидетельств вовсе.

Бессмысленно, потому что «впереди – без всякого преувеличения катастрофа страны, не способной ни интеллектуально, ни культурно, ни демографически отвечать вызовам современного мира. Мира, который не простит нам безволия, скудоумия, слабости и растерянности».

Часть вторая. Причина болезни: воспитывать стало стыдным

«Государство полностью освободило себя от функции общественного воспитания. Само слово «воспитание» приобрело оттенок дурновкусия — как нечто безнадежно устаревшее и не актуальное для новой российской жизни».

Человек должен самостоятельно решить, что такое хорошо и что такое плохо. Нельзя навязывать ему посещение концертов классической музыки. Нельзя заставлять его ходить в театр. Нельзя понуждать его к чтению. Этим вы: а) ограничиваете возможности его развития в нашем бесконечно разнообразном мире; б) ведете страну к восстановлению «эсэсэсэра».

Сколько раз вы слышали этот бред? Я – практически ежедневно. Пусть и не в столь кристаллизованном виде. Потому что тогда, двадцать лет назад, когда нам было так страшно от возможности реставрации «совка», мы с легкостью согласились с тем, что идеология есть родовое пятно тоталитаризма и если в школах не запретить заниматься воспитанием, учителя – эти выпускники советских идеологизированных вузов опять настрогают и наших чудных детей «павликов морозовых».

А теперь? Нам стыдно взять ребенка – пока он ребенок, а не «тинейджер» – за руку и отвести его на симфонический утренник, потому что этим мы поставим его в неудобное положение перед «френдами». Они над ним посмеются, и ребенок этого не простит, и будет искать отговорки, чтобы не пойти в следующий раз.

Над ним посмеются не только сверстники. Учитель вслух перед всем классом посоветует ему побольше думать об экономике, без которой нет настоящего дела, и о секции единоборств, чтобы это дело он умел защитить. И это правильно, наверно, но он, учитель, забудет сказать о душе. О том, что без умения чувствовать мир становится двумерным, и о том, что чувствовать учит искусство, и «чувствовать» – это не только «знать».

И учителя можно понять: раз главный измеритель качества – ЕГЭ, то даже процесс познания не столь уж важен. Математик может не владеть разнообразными методами решения задач – важен правильный ответ! Историк может ограничиться единственной интерпретацией событий – важно, чтобы она была правильной! Где уж тут место искусству, от которого одни рефлексии.

Часть третья. Показания к лечению: «Резать к чертовой матери»!

«Мы, представители кинематографического сообщества России, обращаемся к вновь избранному президенту Российской Федерации с настоятельным призывом разработать государственную стратегию в области культуры, воспитания и образования. Необходимо возродить воспитание как краеугольный камень образовательного процесса и прекратить, наконец, считать образование сферой услуг».

Вряд ли это условие будет «необходимым и достаточным». Нет. Но оно способно объединить и тех, кого обзывают «либералами», и тех, кого – «государственниками». Во имя детей. Общих. Которых жалко. Всем жалко.

Именно детей! Никакая другая идея не способна отвлечь нас от суетных забот дня сегодняшнего. Вернуть к думам о будущем и заботам о прошлом. Вы помните, с какой радостью ниспровергали: «есть только миг между прошлым и будущим, есть только миг – за него и держись». Ниспровергали, когда были лишены настоящего и кормились одно «завтраками» в то время те, кто призывал «затянуть пояса» и думать о детях – жил в этом «завтра».

Ниспровергали и бросились из одной крайности – в другую. Хотя истина всегда посередине. Нужно стремиться к ней, и стремиться не по чужим головам и трупам. А значит – через знания и чувства, через образование и воспитание

Пора, наконец, понять, что образование – это не награда, которую государство авансирует гражданину, чтобы он впоследствии её принудительно отработал. Нет. Образование – это неотъемлемое гражданское право, которое государство гарантирует каждому. Как и здравоохранение, как доступ к культурным ценностям.

Гарантирует в процессе непрерывного воспитательного процесса, результатом которого и становится добровольное и осознанное стремление гражданина участвовать в повседневной жизни своей страны. Потому что только так он может помочь ей гарантировать эти права своим наследникам.

Но эти права не только должны быть – их содержание должно быть качественным, и их гаранты вместо химерической гонки за болонскими преференциями, цифр посещаемости и наполняемости кассы доходами от платных услуг должны уметь верно формулировать настоящие цели социального развития

Цели, в ходе выполнения которых, поколения перестанут, наконец, быть «потерянными».