March 13th, 2012

Отечественное кино в провинции

Этот материал опубликован в ноябрьском номере газеты "СК-Новости (Новости Союза кинематографистов России)" за 2011 год

Начавшееся в восьмом году противостояние министерства культуры Самарской области с местными кинематографистами и любителями кино, похоже, завершилось. Кинотеатр «Художественный» – один из первых самарских синематографов открыли. Открыли демонстративно, притянув за уши окончание ремонта (хотя ремонт к моменту открытия был в самом разгаре) и Фестиваль АРТ-кино, обозвав, таким образом, очередной – из нескончаемой череды – показов короткометражных фильмов. Но в этом показном, демонстративном жесте содержалось «послание» куда более важное – министерство отказалось от «военных действий» и явило свою готовность к диалогу.

Но вот способно ли государство сейчас, спустя два десятилетия после уничтожения своими руками системы кинопроката, вернуть себе сколь-нибудь значимую роль в этой индустрии? Нужно ли кому-нибудь – в том числе самому государству – это возвращение? И если да – нужно – то в какой форме и как скоро это могло бы произойти?



Collapse )

История одного кинотеатра

Прежде, чем начать ответ на сформулированный выше вопрос, – краткий экскурс в историю «Художественного», который, собственно, так обострил самарскую ситуацию.

Синематограф «Художественный – Бомонд – Иллюзия» появился на центральной улице губернского города Самары в 1909 году в здании, которое архитектор А.А. Щербачев реконструировал в «стиле позднего модерна с элементами классического стиля», и имеющем ныне статус памятника истории и архитектуры.

В течение века менялись владельцы, задачи, репертуарная политика, устойчивым оставался только интерес к кино самарцев/куйбышевцев/и-вновь-самарцев. «Художественный» уцелел и во время массового превращения «объектов кинопроката» в мебельные салоны, молельные дома и ночные клубы. Более того, в 1998 году он – при содействии Союза кинематографистов – стал именоваться Центром российской кинематографии. Премьеры, фестивали, мастер-классы… И так до года 2009-го. Небольшой кинотеатр с тремя зальчиками – на 300, 70 и 50 мест.

Дальше как в анекдоте про Гондурас: не беспокоит – не расчесывай: постановление Правительства, подписанное губернатором Артяковым: «Реорганизовать государственное унитарное предприятие Самарской области «Облкинопрокат» путем преобразования в государственное бюджетное учреждение Самарской области «Многофункциональный центр по оказанию услуг в сфере оборота недвижимости».  

Губернаторское решение было выполнено, в результате чего одно из самых больших провинциальных фильмохранилищ было уничтожено, а «Художественный» – структурное подразделение «Облкинопроката» – закрыт.

Понадобилось вмешательство секретариата Союза кинематографистов России, Комитета по культуре Государственной Думы, Госкинофонда, чтобы чиновники отказались от попыток приватизации лакомого здания на центральной торговой улице в историческом центре Самары (фильмотеку уже не восстановить!).

«Художественный» вновь заработал – в довольно экстравагантном «проектном» статусе областного «Агентства социокультурных технологий», в качестве «общественной нагрузки» прокатчикам, обслуживающим мультиплексы в торгово-развлекательных комплексах (рекламы нет, оборудование считалось современным в прошлом столетии, за три года кинолюбы от зала отвыкли – оттого и низкие сборы).

Но всё-таки это кинотеатр, а не доходный дом! Стены, кресла, славная история – совсем не нулевая точка отсчета.

Вот только в какую сторону развиваться? В кинематографической провинции – без мощного кинопроизводства, в условиях недоразвитого въездного туризма, при наличии ведомственных противоречий внутри социальной сферы – к ответу на этот вопрос даже не приблизились.

И мы не отважимся поднять неподъемное, а только назовем компоненты проблемы.


Компонента экономическая. Государство делает вид, что понимает…

«Реформируя» «Облкинопрокат», министр имущественных отношений Самарской области Николай Мальцев дал письменное разъяснение: «Анализ финансово-хозяйственных показателей итогов деятельности «Облкинопроката» свидетельствует о нерентабельности деятельности данного предприятия. А создание «Многофункционального центра по оказанию услуг в сфере оборота недвижимости» продиктовано необходимостью организации межведомственного информационного обмена в сфере земельных отношений и при оформлении прав на иные объекты недвижимости организациями и физическими лицами».

Вот именно здесь собака и порылась: чиновники относятся к кино как к индустриальной сфере. «Оно есть, и если оно есть, то должно приносить прибыль. Если оно прибыль не приносит, значит, мы вместо него будем поддерживать другой бизнес, который прибыль приносит».

В провинции чиновникам требуются разъяснения, что рубль не есть – и не может быть – универсальным показателем успешности социальной сферы, что кинотеатр – не металлургический завод и не швейная фабрика; что у кино есть задачи воспитательные, образовательные или, как их теперь называют, «задачи эффективного развития человеческого капитала»; и что задачи эти касаются не только индивидов, но также и общества, и государства, а потому не только с продажи билетов в кино они должны финансироваться.

Чиновники этого не понимают или делают вид, что не понимают. А если на них «надавишь» чуть сильнее – «Откуда деньги? Кризис».

Вот здесь самое важное. На этапе восстановления деньги из проката – в современном его понимании – не получить. Достаточное количество денег, которое могло бы обеспечить развитие сферы кино.

Их можно взять в сфере развлечений – 1) широком развитии кинопарков, 2) децентрализации кинопроизводства и восстановлении государственной системы неигрового кино, 3) кинематографическом всеобуче и 4) профилировании кинотеатров.

Первое. Кинопарки – тема, безусловно, отдельно обсуждения. Хотя, очевидно, что и кино – базовое направление в мировом парковом бизнесе, и в России есть 12-15 мест с разнообразными и уникальными ландшафтами, расположенные на транспортных магистралях в двух-трех часовой удаленности от крупных населенных пунктов с совокупным населением в 3-7 млн. человек.

Второе. Без развитого кинопроизводства и вовсе смешно говорить о киноиндустрии. Но если очевидно, что инфраструктура в настоящий момент не готова к повсеместному развитию в провинции игрового кино, то для восстановления производства документальных фильмов нужны лишь ответственность и политическая воля – студии существуют, хоть и в замороженном состоянии.

Чиновники должны если не понять, то хотя бы усвоить – что нельзя отказать студии документальных фильмов в поддержке из-за того, что им показалось, что ее функции перешли к не нуждающемуся в дотациях телевидению. Не перешли в силу непреодолимой разницы в задачах, формах и средствах. Да и самим чиновникам не нужно ни художественное осмысление эпохи, ни кинолетопись – без неё через некоторое время легче можно напридумывать легенды о своей «героической» жизни, без остатка отданной на благо Родины.

Третье. Падение уровня гуманитарной образованности и художественной воспитанности, наблюдающееся на всех уровнях образовательной системы, можно преодолеть только при посредстве долголетней систематической работы с использованием всего спектра искусств, в котором кино в силу своей синтетичности и относительной дешевизны (по сравнению, например, с «живыми» исполнительскими искусствами) отведено ведущее место. И тогда через 7-10 лет можно требовать результата.

Никаких эффектов от кинопроката пока не появится аудитория, которая «придя в кинотеатр, начнет понимать, что там ей показывают кино», то есть художественное произведение, невозможно. Не сделать этого, и искусство кино будет продолжать плавную деградацию в сторону аттракционной побрякушки.

И наконец, четвертое. Государство, фактически безвозмездно отдав доходы от самого прибыльного – после продажи алкоголя – бизнеса в частные карманы, осталось с маленькими, неинтересными для масштабных предпринимателей однозальными кинотеатрами, большая часть которых, к тому же находится в городах областного подчинения и селах.

Закрыть их – как и библиотеки, и клубы, и музыкальные школы – нельзя. Этим сельская и «уездная» интеллигенция будет уничтожена навсегда, а отток молодежи – не остановим. Да и даже чиновники знают, что лечение души средствами искусства и литературы не может считаться менее обязательным делом нежели, например, обеспечение нормального функционирование поликлиники.

Только как сделать их безубыточными, а то и доходными?

Компонента институциональная. Малый кинотеатр – театр для компании

Неправда, что современный человек не понимает разницы между телевизионным кинопоказом и походом в кинотеатр. Неправда, что современный человек не хочет ходить в кино. И это не противоречит тезису о том, что в основе свой кинозритель не очень понимает различия между художественным произведением и жизненными реалиями. Неправда, что современный человек не хочет смотреть российское кино.

Месяц назад на «Эхо Москвы в Самаре» – радиостанции, которую в зависимости от политических пристрастий называют интернациональной, космополитической, мультикультурной, провели опрос. Радиозрителей попросили сделать выбор: «Если вы всё-таки соберетесь пойти в кинотеатр «Художественный», каким бы вы предпочли его видеть – уменьшенной копией мультиплекса с блокбастерным репертуаром или кинотеатром, в котором будут показывать отечественное кино.

В опросе добровольно утром, в 11:30,  в программе без специального анонса – то есть это именно «эховская», а не случайная аудитория – приняло участие около 1000 человек и 91% из этого числа ответили: отечественное.

Параллельно был проведен опрос в студенческих аудиториях трех крупнейших самарских университетов. Вопрос стоял несколько шире – о наличии «специализации» подобных кинотеатров. Ответ у пятисот опрошенных – почти такой же. Первое место – российское кино, второе – программы «Фестиваль фестивалей», и далее – арт-хауз, короткометражное, анимационное, документальное. «Блокбастерный», «всеохватный» показ новинок – на устойчивом последнем месте.

«Неужели это единственная причина того, что публика в кинотеатр не ходит?» – вправе спросить вы. Не единственная.

Выходя из дома, человек хочит взамен этого неудобства (куда-то идти, платить деньги, транспорт, поздний вечер и т.д.) получить сервисы, которые дома получить невозможно. Конечно, качество звука и изображения (при всем прогрессе домашних кинотеатров), конечно, квалифицированная подсказка – что такое хорошо и что такое плохо, но главное – он хочит провести этот вечер в приятной компании.

В мультиплексе им могут предоставить только качественную технику, и в этом вопросе государству за частным бизнесом ещё довольно долго не угнаться. Но в мультиплексе преобладают те, кому до 20-ти, и фанаты «шопинга» (мультиплексы, в основном, – составная часть торговых комплексов). Это очень специальные «нишевые» категории, рядом с которыми всем остальным не очень уютно. Не потому что они – дерзки или дурно воспитаны. Потому что есть разница в способе восприятия фильма, у тинейджеров она – показная в силу стадиальных различий, у «шопингистов» – показная в силу необходимости предъявить себя во всем блеске своих покупательских способностей. И те, кому эта демонстративность мешает, – потенциальный посетитель маленьких государственных кинотеатров.

Стандартный мультиплексовый контекст – «пирожки» с пылу с жару. Восемь залов – двенадцать лент, никакого вчера, никакого завтра, не успел – опоздал навсегда, поезд ушел. А нишевая публика выбирает кинотеатр также как театр, как концертный зал, как художественную галерею – по себе. По возрасту, по доминантной социальной группе, по дополнительным сервисам. В последнюю очередь по художественным пристрастиям.

Сервисы – это всё, что угодно – меню и стоимость кафе, возможность поужинать после сеанса, «живая» добавка к «консервированному» блюду в виде киноведа или театрально-концертной инсценировки; хорошая парковка. Всё это важнее художественного уровня фильма для подавляющего большинства кинопоглащателей. См. выше.

Профилировав эти маленькие кинозалы, государство может – пишу на языке понятном чиновникам – пойти по кластерному пути, создав объединение, централизовав логистические функции, взяв на себя обязанности по представлению мелких игроков на «внешних рынках» и гарантии, так необходимые в процессе развития.

Компонента идеологическая.  Приоритет отечественному кино – это неожиданность!

Русское кино – это всё. От Михалкова до Сигарева, от Эйзенштейна до Эйрамджана. От игрового до научно-популярного. Не потому что устали от Глолливудов/Болливудов, не в состоянии выговорить – Апитчатпон Вирасетакун или никак не могут свыкнуться с тем, что Румыния с Ираном и Израилем такие же законодатели киномоды, как и мы – великие и могучие наследники всего великого и могучего.

Не поэтому. Потому, что на дворе опять «эпоха перемен», в которой хочется разобраться без рюриков. В силу «особой гордости», осознания «особой стати», отсутствия во вне достойных образцов для подражания, стремления обсудить проблемы в кругу «своих», «не вынося сор из избы».

Ситуация чем-то напоминает рубеж 70-х – 80-х, время взлета «русского рока»: стихи – хуже, чем в Серебряном веке, музыка – хуже, чем у англоязычных коллег, но взлет определился интересом социальным, а уж потом, через пятилетку, начались попытки его идентификации – через «звуковых детей Заболоцкого» и т.п.

К отечественному кино, потерявшему – за малым исключением – связь с традицией, зрительский интерес, как это ни странно, именно социальный. И возможности воздействия на аудиторию у него, в первую очередь, социальные. Так отчего, осознав это, не воспользоваться в мирных, «гуманитарных» целях?

Самара, Октябрь 2011 года