October 3rd, 2011

СЛОВА, ОТ КОТОРЫХ МЫ ТАК УСТАЛИ


Большинство вопросов этой недели касается интервью, которые дали: человек, воображающий, что он руководит этой страной; человек, уверенный в том, что важнейшие для общемирового прогресса технологии придумали консультанты по имиджу; и человек, пытающийся доказать, что слова много важнее дел, к которым они призывают.

Не хочу никого обижать, поэтому взял по одной теме от каждого. На поверку оказалось, что они вместе – как вариации незамысловатого мотивчика.
***

Начнем с последнего из этой тройки – Александра Хинштейна. С того, о ком (цитирую) «наша область должна только мечтать». И мечты эти связаны, по мнению, газеты, опубликовавшей интервью с ним, связаны с его талантами лоббиста, способно привлечь в губернию фантастические финансовые ресурсы.

«Что так возмущает оппозицию в программной речи Путина?», спрашивает у Александра Евсеевича интервьюер. Ответ: «[Оппозиционная] критичность не носит характера какого-то осмысленного. Нет, они не сумасшедшие. Просто <…> они исповедуют принцип: «Все, что делается властью, - плохо по определению». Что не нравится оппозиционерам в программе Путина? <…> Вряд ли хоть один здоровый человек будет выступать против строительства ежегодно тысячи школ и тотального капремонта уже существующих, новых детсадов и повышения пенсий» (конец цитаты).

Нет, ни одного такого человека не найдется ни среди здоровых, ни среди оппозиции [ирония. – В.Д.]. Все хотят ездить по дорогам, а не по направлениям движения. Все мечтают, чтобы их ребенок учился в школе, оборудованной в соответствии с вызовами времени. И все – даже самые отчаянные оппозиционеры – уверены, что лучше, когда самолеты летают и приземляются, а не падают, и выпущенные ракеты уверенно достигают поставленных перед ними целей, а не грохаются где-нибудь по своему собственному выбору.

И ни у кого, уверяю вас, нет сомнения в верности путинских лозунгов. Возражения касаются совсем иного. Дороги строятся, но в той же пропорции растет число провалов в новехеньких автомагистралях. Школы строятся, но они всё больше напоминают приходские учебные заведения, в которых проблемам безопасности жизнедеятельности, спорту и кулинарным навыкам уделяется всё больше внимания – в ущерб литературе, математике и естествознанию. И самолеты падают, потому что за ними нет должного присмотра.
Претензии к озвученным Путину лозунгам относится к средствам достижения содержащихся в них целей. Прежде всего, к тому, что достижением этих целей занимаются не профессиональные люди, а доверенные, не специалисты, а команды отставников, привыкших лишь отдавать приказы и спрашивать за их исполнение, и бухгалтеров, пытающихся  с помощью манипулирования цифрами возродить экономику и увеличить выпуск товарной продукции.

Почему редактором математического журнала может быть только математик, хирургические операции не может проводить человек, не имеющий медицинского образования, а строительным комплексом крупнейшего региона руководит профессиональный милиционер? Почему продвижение новейших научно-технических технологий в стране зависит от того, поверит ли ответственный за это персонаж в то, что нашепчут ему нанятые и совсем не независимые эксперты?

Успешность развития постепенно перестаёт быть предметом знания, а становится предметом веры. Веры в таланты народных академиков петриков, с одной стороны, и несокрушимую стойкость охранителей устоев – министров, губернаторов, директоров ЗАО, ФГУП, АБВГД и ЕПРСТ.

Вот против чудовищной депрофессионализации страны, собственно, и возражают оппозиционеры. В ситуации, когда важнейшие показатели развития социальной сферы измеряются суммой рублей из различных столбиков баланса, а не содержательными результатами, привлечение денег для реализации какого-либо лозунга почти бессмысленно. Потому что итогом такого рода деятельности является освоение этих средств, а не качество исполненной работы.
***

Причем «в этой парадигме российское государство обречено существовать. Искать какую-то золотую середину, конечно, придется. Но когда Россия становится свободной – она теряет все». Это я процитировал другое интервью, взятое журналистом другой газеты у гуру самарских политтехнологов Льва Павлючкова.

Вряд ли в этом утверждении – только цинизм. Думаю, что человек, работающий на «Единую Россию», достаточно хорошо знает способности своих клиентов в сфере управления. Уж кто-кто, а он абсолютно реалистичен и отдает отчет в том, что они могут быть эффективны только в условиях, максимально приближенных к казарменным. Чуть больше степеней свободы, чуть больше самостоятельности в поступках – система, построенная на личной преданности и кумовстве, непременно разрушится. А кто достоин в этой системе большего доверия – человек, поступки которого определяются исключительно целесообразностью и здравым смыслом, или тот, в чьей биографии есть пара «скелетов в шкафу» и о них ведает только его начальник? Вопрос, как говорится, риторический.

Вот и деградирует система, процесс этот неостановим, а история и миссия России не имеют к этому никакого отношения.
***

А чтобы ни у кого не оставалось и грана сомнения в том, что деградация – процесс рукотворный, а не естественный и неизбежный, как, например, расширение озоновой дыры над Новой Зеландией или усиление выбросов метана в море Лаптевых, – интервью так и несостельного любовника великой страны: «Чем более благополучная жизнь, тем меньше всё-таки люди уделяют этому внимание, потому что их в целом более или менее устраивает порядок жизни». «Этому» – это в данном случае политическому телевещанию.

И далее: «Иногда говорят, что наша жизнь выродилась в сплошные развлечения, и телевидение стало развлекательным. А чего хочется, телевидения образца 93-го года? Я Вам по-честному скажу, я бы не хотел такого телевидения».

Такого телевидения и нет. Зато есть другое. Листал вчера телевизионные каналы и услышал: «Девочка-страус, мальчик-волк, дед-мусороед, Степан-кроликоман, огромные груди-кисточки. Их не придумали в Голливуде. Это наши супергерои».

Такого, действительно, не было в 93-м. И демократично, и не противоречит взгляду на информационную лоботомию поклонника «айфонов» и «айпэдов», фаната «твиттера» и сторонника андроидного пути модернизации.Вот такой концерт для трех теноров.

Текстовая версия радиопрограммы «Трудный понедельник» на «Эхе Москвы в Самаре» от 3 октября 2011 года. Звуковая версия в ЖЖ по адресу: http://echosamara.livejournal.com/