September 12th, 2011

Восстание рабов в условиях инновационного феодализма

Программа из цикла "Самарский разворот" на "Эхе Москвы в Самаре" от 12 сентября 2011 года. Послушать ее можно по адресу: http://echosamara.livejournal.com/

В начале лета Игорю Александровичу Носкову было отказано в праве руководить самарским обкомом «Единой России». Тогда же я в «Особом мнении» на «Эхе» сделал предположение, что эта отставка станет прелюдией к восстанию униженных и оскорбленных преподавательских масс всё ещё возглавляемого им университета. Причина – феодальные методы руководства в вузе, которому статусом своим надлежало бы быть региональным вузовским лидером.
Летом ректору дали возможность спокойно организовать приемную кампанию, помогая при этом всесторонне. К тому же никто не вправе чинить препятствия человеку, стремящемуся к переменам: вдруг принимать разумные решения мешала чрезмерная загрузка партийным строительством.
И вот наступила осень. Посчитали итоги приема. Проанализировали изменения – в управлении вузом, вернее их отсутствие, и решили действовать.
В редакцию «Эха» попали два письма, подписанные университетскими преподавателями. Первое адресовано ректору:
«В Самарском государственном университете сложилась непрозрачная и несправедливая система финансирования факультетов, служб и отделов. <…> Во внимание не принимаются ни расходы факультетов на это обучение, ни полученные ими бюджетные средства. <…> Планово-финансовый отдел отказывается раскрыть деканам конкретные данные по доходам факультетов и выделенным надбавкам, а также по распределению средств на командировки и оборудование.
<…> В распределении надбавок имеется ничем необоснованный и существенный перекос с одной стороны между профессорско-преподавательским составом и административно-управленческим персоналом, с другой стороны между естественнонаучными и гуманитарными факультетами. В результате сложившегося перекоса лишь малая часть сотрудников и преподавателей естественных факультетов получают мизерные надбавки, а большая их часть получают только оклад. Особенно болезненно такое положение вещей для ассистентов, большая часть которых <…> имеет маленьких детей и зачастую вынуждена снимать жилье. Такое положение дел уже при­вело к тяжелейшим последствиям для кадрового состава естественных факультетов. <…> При сохранении существующего порядка утеч­ка кадров будет продолжаться с нарастающей скоростью.
<…> В связи с изложенным считаем невозможным дальнейшее сохранение существующей системы распределения финансирования и настаиваем на её пересмотре с учётом следующих предложений:
  1. Основным звеном университета являются факультеты и кафедры. <…> Поэтому недопустима ситуация, при которой сотрудники служб и отделов получают больше преподавателей.
  2. Внутри университетская система финансирования должна быть максимально прозрачна. Этого можно добиться, <…> передавая <…> деканам факультетов или их Учёным советам сведения о выделенных средствах на надбавки и другие расходы по службам, отделам и факультетам с обоснованием этого начисления.
  3. При распределении финансирования (надбавок, командировочных, расходов на материалы и оборудование и т.д.) необходимо учитывать не только доходы полученные факультетами от коммерческого обучения, но и расходы на это обучение, а также другие виды доходов (бюджетные, НИР и т.д.). <…>
  1. С целью выработки и осуществления нового порядка распределения финансовых средств между структурами университета необходимо реформирование бюджетного комитета и включение в его состава представителей, выдвинутых естественными факультетами».
 
    Ситуация понятна: преподаватели, средняя зарплата которых балансирует между семью и двадцатью тысячами рублей в месяц обвиняют администрацию вуза в том, что та устроила бизнес, используя преподавательский состав в качестве галерных рабов.
    Есть такой социальный показатель деятельности учебного заведения – отношение средней зарплаты сотрудника административной структуры к средней зарплате педагога. В Самарском университете – он один из самых высоких в России. Так было в 2008-м. Видимо, «социальнее» не стало.
    На этом можно было бы поставить точку, если бы не второе письмо. Можно сколь угодно долго иронизировать в отношении адресата – «К гражданам России, Президенту Российской Федерации, Федеральному собранию Российской Федерации, ко всем политическим партиям, к педагогическому сообществу страны» – содержание документа совсем не располагает к стебу:
    «Система образования в России практически разрушена. <…> Все изменения в системе образования России проводятся в последние двадцать лет по рекомендациям группы фундаменталистов-рыночников из Высшей школы экономики. Они определяют стратегические направления преобразований и конкретные мероприятия, проводимые Министерством образования и науки: внедрение ЕГЭ, ГИФО, подушевое финансирование, замена подготовки специалистов подготовкой бакалавров... При этом ни мнения других специалистов системы образования, ни возражения подавляющего большинства педагогического сообщества не учитываются. <…>
    В условиях демократического, социального государства, такое монопольное положение группы людей, имеющих однобокое представление о системе образования и фанатически проталкивающих в жизнь свое видение этой системы недопустимо. <…>
    Главной целью системы образования в декларируемой в настоящее время концепции образования в стране объявляется получение прибыли. Исходя из этого положения, утверждается, что образование служит «для удовлетворения потребности личности» и только. <…> В связи с тем, что основной целью образования признано удовлетворение потребностей личности, введено понятие «образовательная услуга». Таким образом, система образования страны <…> перемещается в сферу услуг, а учитель, преподаватель, выполняющий заказ на образовательную услугу, переходить в категорию обсуживающего персонала.
    <…> В соответствие с уродливо сформированным средствами массовой информации современным общественным мнением <…> абсолютно не престижны рабочие специальности, мало престижны профессии инженера, педагога, учёного, военного...
    <…> Существующая в настоящее время система образования неуклонно деградирует, поскольку ни средняя, ни высшая школа нацелены не на качественное обучение школьников и студентов, а на извлечение коммерческой прибыли. Качественность подготовки только декларируется и существует на бумаге. <…> Система платного обучения заставляет коммерческие вузы бороться за каждого платного студента. Чтобы сохранить прибыль от обучения они вынуждены переводить неуспевающего студента с курса на курс, «проставляя» ему нужные зачёты и экзамены. Естественно, что в этом случае порог требовательности к качеству его знаний понижается до минимума.
    <…> В полный рост встаёт проблема коррупции, причём студент убеждён, что ему должны проставлять удовлетворительные оценки, «потому, что он платит деньги». В результате такой студент из года в год «вымучивающий» или просто «покупающий» за отдельную плату удовлетворительные оценки получает диплом и покидает вуз практически неквалифицированным. Затем он претендует на занятие соответствующих его диплому должностей. А после занятия искомой должности из-за боязни потерять её вследствие отсутствия нужной квалификации устраняет любыми способами настоящих специалистов, которые могут составить ему конкуренцию. Это ведёт к полной девальвации высшего образования, к краху соответствую­щих структур, и к тому, что люди, имеющие дипломы, не работают по своей специальности.
    <…> До недавнего времени государственные высшие учебные заведения вынуждены были «бороться» только за «платных» студентов. Теперь, в связи с введением нового, подушевого порядка финансирования, вузы долж­ны «бороться» за каждого студента. Теперь ректорат и деканат вынужден давать указания, запрещающие выставление неудовлетворительных оценок любому неуспевающему студенту. Высшие учебные заведения поставили перед необходимостью любой ценой сохранять контингент студентов, теперь вуз вообще не имеет возможности отчислить лентяя и двоечника.
    <…> Самая больная проблема средней школы, из-за которой высшую школу трясет как в лихорадке — это качество подготовки ее выпускников. <…> За всей накаленностью дебатов об ЕГЭ совершенно скрываются факты, которые подтвердят в любом вузе страны: у большинства первокурсников отсутствуют не только нужный уровень фактических знаний для обучения по выбранной специальности, у них отсутству­ют навыки запоминания и логически связного мышления. <…> Видно, что студент старается, видно, что дома пытался учить, но запомнить не в состоянии — отсутствуют необходимые навыки, которые закладываются, начиная с первого класса. Многие первокурсники в принципе не понимают, что дома нужно хоть что-то делать, так как в средней школе это не требовалось — тройки проставят просто за присутствие на уроках.
    <…> Многие выпускники школ «немые» — они не умеют вслух и связно излагать свои мысли, свои знания. И никакие суперсовременные информационные технологии не смогут передать студенту нужных знаний, умений, или, если хотите, компетенций, при его неумении запоминать, связно мыслить и говорить. <…> Введение профильного обучения, элективных курсов и прочие новации, внедряемые в современную школу, без привития базовых умений и навыков по запоминанию, логическому мышлению, связному изложению мыслей есть лишь простое сотрясение воздуха, пустая трата государственных денег, времени, физических и моральных сил преподавателей.
    Все эти недостатки не вина выпускников средней школы. Это их беда. У многих очень светлые головы, многие хотят учиться, получить знания, квалификацию. Поэтому в нынешних условиях вузы в ущерб своим учебным планам вынуждены ликвидировать неграмотность, доставшуюся от средней школы. <…>
    В последнее время в стране осуществляется дифференциация вузов: на очень хорошие, просто хорошие и все остальные, которые можно было бы и закрыть. Финансирование этих вузов-аутсайдеров ведется по остаточному принципу. Следует заметить: здание образования в некотором смысле аналогично пирамиде — чем шире основание, тем больше может быть ее высота. На узком основании не подготовишь нужного количества знающих специалистов для всего государственного организма, и два-три десятка избранных высших учебных заведений не могут обучить столько студентов, сколько требуется стране для инновационного развития, да и вообще для любого развития. Преференции избранным вузам, точечные вливания, премии, гранты нужны, но как дополнение к достаточному финансированию всего образования в целом и высшей школы в частности. 
    В условиях нынешней демографической ямы, просто необходимо сохранить существующие государственные высшие учебные заведения и их кадровый состав по всей стране. <…> Если этого не сделать, то как будем восстанавливать вузы после 2015 года? [Расчетный срок закрытия демографической ямы. – В.Д.]
    <…> Для чего нужно было ломать об колено существовавшую систему подготовки специалистов, в которой уже имелся и бакалавриат, и магистратура, и сохранялась подготовка по множеству важнейших для страны специальностей? Для того, чтобы дипломы наших выпускников признавались в других странах? Для того, чтобы за бюджетные деньги готовить кадры для этих самых других стран? Для экономии денег? Но нужна ли такая экономия для будущего страны? И экономия ли это вообще? Студент, закончивший бакалавриат, не проходит полноценную производственную практику и не пишет нормальной дипломной работы. Следовательно, его придется доучивать, но уже на производстве. Притом, что не любое производство может дать соответствующий уровень подготовки.
    К тому же вузы вынуждены тратить практически целый учебный год из трёх или четырех лет обучения бакалавриата, чтобы привести студентов в более-менее приспособ­лен­ное для вос­приятия программ­­ы высшей школы сос­тоя­ние. Таким образом, для осво­ения программы собственно высшей школы у бакалавра остается два-три учебных года.
    <…> В высшей школе России происходит тихая кадровая катастрофа. Существующий костяк профессорско-пре­подавательского состава вплотную приблизился к пенсионному порогу или уже переступил его. Молодёжь вследствие оскорбительно низкого уровня заработной платы в высшую школу не идёт. В подавляющем большинстве вузов страны практически отсутствуют преподаватели в возрасте 25-50 лет. <…>  Основная масса оставшихся в высшей школе преподавателей чтобы наскрести более или менее приемлемую сумму зарплаты обычно работают в двух-трех вузах. Всё это означает, что через 5-10 лет преподавать в высшей школе будет просто-напросто некому.
    <…> На какой оклад может рассчитывать выпускник вуза, решивший связать свою судьбу с преподаванием и научной деятельностью? В настоящее время в нестоличных городах России порядка 6 000–8 000 рублей, и это с надбавками, которые могут быть, а могут и не быть. Во многих регионах страны прожиточный минимум уже превышает зарплату ассистента. <…> А  что у него впереди? А впере­ди 15–20 лет очень непростой преподавательской работы с одновременным написанием кандидатской, а затем докторской диссертаций. После чего он начнет получать около 20 000 рублей (включая 7 000 рублей за докторскую степень — меньше, чем зарплата дворника).
    <…> Мало кого может устроить подобная перспектива. <…> Не решит кадровую проблему высшей школы привлечение иностранных, а также возврат уехавших за границу наших специалистов и назначение им сколь угодно выгодных условий — весьма прагматичная современная молодежь не пойдет на существующие в высшей школе нищенские условия оплаты труда. Только достойная оплата работы преподавателя и достойная пенсия повысят престиж этой профессии, и привлечет к ней молодежь. Все остальные меры могут дополнить, улучшить ситуацию, но они не могут восстановить в глазах общественного мнения и особенно молодежи престижности профессии преподавателя, ученого, инженера и конструктора.
    <…> Почему нынешнее государство находит 45 000 рублей в месяц для лейтенанта МВД и не находит аналогичной суммы для ассистента в высшей школе? Почему оклады ассистентов меньше прожиточного минимума? Почему оклады учителей в средней школе уже превышают оклады доцентов (вместе со смехотворной надбавкой за ученую степень в 3000 рублей) и вплотную приблизились к зарплатам профессоров высшей школы? Где здравый смысл? Это грубейшая ошибка в управлении государством или осознанная, целенаправленная деятельность по уничтожению высшего образования как стратегической системы страны, связанная с предательством национальных интересов России?
    <…> По данным ООН система образования СССР входила в тройку лучших образовательных систем мира. Современную Россию разместили по схожим критериям на 15, 26, 41 и 54 место в 2004, 2005, 2007 и 2008 году, соответственно. В целом, объем финансирования образования в России составляет около 3,5% от ВВП. Для сравнения: в СССР в 1950 – 10%, в 1970 – 7%, В развитых странах в настоящее время этот показатель более 7%.
    <…>  Если целью образовательной системы в России является подготовка винтиков и шестеренок для полуколониального механизма, то можно продолжать неуклонное движение по нынешней дороге. Если же её целью является подготовка квалифицированных людей, которые могут обеспечить России достойное место в мире, то нужно срочно отказываться от нынешних псевдореформ.
    <…> Чтобы предотвратить полный и необратимый коллапс высшей школы и всего образования России, считаем необходимым:
    1. Образование должно быть полностью бесплатным и доступным. Обязательным должно быть только неполное среднее (восьмилетнее образование).
    2. Тестовая система контроля знаний, в частности в форме ЕГЭ, может использоваться только как вспомогательная. Восстановить систему конкурсного отбора в высшие учебные заведения.
    3. Восстановить систему высшего образования, действовавшую с 1996 года, при которой вуз самостоятельно выбирал уровень обучения (бакалавриат, специалитет, магистратура), а студент имел право выбора любой образовательной траектории.
    4. В обсуждаемом законе об образовании предусмотреть положение, предусматривающее для учителей и преподавателей уровень оплаты и пенсионного обеспечения, аналогичный уровню государственных служащих.
    5. С целью восстановления образовательной системы страны закрепить в законе положение о выделении на нужды образования не менее 10% ВВП. При отсутствии чрезвычайной ситуации (предусмотреть исчерпывающий перечень таких ситуаций), правительство, нарушившее этот закон, автоматически должно быть отправлено в отставку, а Государственная Дума — автоматически распущена.
    6. Обратится в центральные органы отраслевого профсоюза с предложением безотлагательно начать переговоры с Правительством страны о немедленном увеличении уровня заработной платы в отрасли не менее чем в три раза, о немедленном прекращении реформирования образования в стране, а также об образовании комиссии, включающей крупнейших специалистов отрасли, для определения путей восстановления образования России».
     
      Авторы письма и те, кто их поддержали, – совсем не озверевшие стяжатели и не ангажированы конкурентами Носкова, стремящимися занять пост ректора. Более того, они – и об этом свидетельствует текст письма – отдают себе отчет в том, что на место нынешнего правителя придут новые носковы, и положение дел в вузе не изменится. «Систему менять надо», – как говорилось в советском анекдоте про сантехника.
      Вы можете сказать, что в тексте письма нет ничего нового, что об этом столько уже говорено и писано. Правильно. И в этом, как раз, главная трагедия нашего сегодняшнего положения.
      Внимательно прочитал и прокомментировал Виктор Долонько
       

      Выбор из двух зол – уже выбор!

      Программа из цикда "Трудный понедельник" на "Эхе Москвы в Самаре" от 12 сентября 2011 года





      Видимо, гастроли тухмановской «Царицы» навеяли. Реминисценции из далекого века восемнадцатого одолели: во времена те, если какой герой чего победил или завоевал, то так ему навечно и именоваться. И помним мы, что если Орлов, то Чесменский, а если Суворов – то Рымникский.

      Вот и предлагаю с сего времени именовать мэра самарского – Дмитрий Игоревич Азаров-Фонтанный. За провозглашенную в предвыборное время и теперь уж окончательно достигнутую победу над жилищно-коммунальным хозяйством. А титул Асфальтовый разыграть между губернатором и министром его Матвеевым (не путать с депутатом-однофамильцем).

      Пока же триумфаторы эти толкались в стремлении определить, кто виноватее, однофамилец министра дорожного строительства, уже помянутый, Михаил Николаич помогал режиссерам выборного фарса обострить вялотекущее развитие сюжета.

      Ведь, как назло, замечательно задуманный перформанс «Нах-Нах» без интриги потерял значительную часть своей привлекательности, и я вместе со своим народом оказался там же, где, к несчастью, и мой народ – на распутье: идти – не идти – рвать – перечеркивать – или сохранить наив и чем-нибудь проголосовать: головой – сердцем – печенью…

      Но удалось-таки растормошить. Вначале доктор Матвеев обнародовал свой госдумовский альянс с коммунистами, бросив родной Октябрьский округ и меня, любимого, на идеолога нового казарменного строительства Кошелева. В случае же более, чем вероятного коммунистического успеха губернская дума лишиться в лице Михаила Николаевича значительной доли своей остроты.

      Да и порадоваться за грядущий политический взлет, но ведь это тот самый Матвеев, плакатами которого в обществе одного из самый последовательных отечественных антикоммунистов – Солженицына – ещё полгода назад была увешана вся Самара. Тот самый Матвеев, который яростно и справедливо клеймил культурного министра за снос пересыльной тюрьмы – неотъемлемой части коммунистического ГУЛАГа.

      Хотел бы, конечно, разъяснений сего эволюционного пути. А то как в старом анекдоте: «Вы, уважаемый, или крестик снимите, или исподнее оденьте!»

      Но матвеевский политический кульбит – это наши местные радости. Куда как более серьезные вопросы вызвало возвращение на первую строчку предвыборного списка «Яблока» – партии, за которую я голосовал более десяти лет, Григория Алексеевича Явлинского и появление в первых строчках списка самого отчаянного российского журналиста, нашего земляка Дмитрия Муратова, главного редактора «Новой газеты». Отчаянного! Одна Димина реплика: «Они абсолютные палачи, говорить с ними не о чем, держаться с ними за руку нельзя, обсуждать с ними ничего невозможно, их надо аннулировать», – из июльского «Особого мнения» на «Эхе» дорогого стоит.

      И как тогда следует понимать их появление в списках? Надолго ли вернулся Явлинский? Ведь если это не более чем исполнение роли предвыборного «паровоза», то повторный отказ от политической деятельности может стать губительным не только для «Яблока», но и для большей части недобитой российской интеллигенции. А как Григорий Алексеевич собираться сотрудничать с пульчинеллой Митрохиным? Отдает ли он себе отчет, что пока три года числился членом «яблочного» Политкомитета, обновленный аппарат перестроил «первички» под совершенно иные уже представления о политике?

      Сообщения с субботнего съезда «Яблока» – без сомнения, квант надежды. Надежды на то, что, может быть, удастся проголосовать за порядочных людей, а не участвовать в выборе между собачкой, попугаем и соратниками почившего в бозе Флинта. Если, конечно, Григорий Алексеевич всё разъяснит.

      Между тем в предвыборную компанию тихохонько включился президент. Не знаю, обратили ли вы внимание на две абсолютно абсурдные, на первый взгляд, отставки федеральных служащих. Со своего поста почти одновременно ушли руководитель Федеральной антимонопольной службы по Самарской области Петр Торкановский и руководитель управления Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Самарской области Дмитрий Балыков. Оба по собственному желанию.

      Руководители ведомств, способные оказывать мощнейшее давление на бизнес и прессу, уходят перед стартом полуторалетнего выборного марафона. Президент меняет нукеров. Но ведь оба – лояльнейшие из всех самых лояльных. Как в анекдоте про монахиню и морковь.

      Но если энергичный, неуемный Торкановский вдруг осознал, видимо, тяжесть 60-ти прожитых им лет, то Балыкова он руководства цензурной плеткой отвратил какой-то мистический знак. Самое смешное, что Дмитрий Владимирович ушел с поста, аккурат, после неудачной попытки понудить выполнять закон президентское СМИ. Вот такая вот недолга.

      И заметьте, опять возраст – один из поводов к отставке. Настораживает, а, вдруг, в этом не только намек на грядущий юбилей соратника по тандему, но и прогрессируюшие симптомы геронтофобии – боязни общения со стариками, боязни старения?

      И не только в отношении людей, но и железок. Утонула «Булгария», причина – старость. А как же столетней выдержки суда, продолжающие совершать каботажные рейсы в Голландии, во Франции, как томсоеровский ровестник в водах Миссисипи? Может, там за ними ухаживают, ремонтируют? И не обязательно всё сразу – в утиль.

      А самолеты? Жаль, что президент не пробовал интересоваться, какого года выпуска приобретаемые российскими перевозчиками «Боинги».

      Но это – железки, а что же люди? Откуда же в русском парне столько спартанской грусти. Может не нужно всех «со скалы-то»? Тем более, что эта часть античных мифов – доказанная неправда.

      Как бы достучаться до тех, кто поближе к престолу – пусть подарят гаранту «Философию общего дела». Может космисты образумят?