Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Отечественное кино в провинции

Этот материал опубликован в ноябрьском номере газеты "СК-Новости (Новости Союза кинематографистов России)" за 2011 год

Начавшееся в восьмом году противостояние министерства культуры Самарской области с местными кинематографистами и любителями кино, похоже, завершилось. Кинотеатр «Художественный» – один из первых самарских синематографов открыли. Открыли демонстративно, притянув за уши окончание ремонта (хотя ремонт к моменту открытия был в самом разгаре) и Фестиваль АРТ-кино, обозвав, таким образом, очередной – из нескончаемой череды – показов короткометражных фильмов. Но в этом показном, демонстративном жесте содержалось «послание» куда более важное – министерство отказалось от «военных действий» и явило свою готовность к диалогу.

Но вот способно ли государство сейчас, спустя два десятилетия после уничтожения своими руками системы кинопроката, вернуть себе сколь-нибудь значимую роль в этой индустрии? Нужно ли кому-нибудь – в том числе самому государству – это возвращение? И если да – нужно – то в какой форме и как скоро это могло бы произойти?



Read more...Collapse )

История одного кинотеатра

Прежде, чем начать ответ на сформулированный выше вопрос, – краткий экскурс в историю «Художественного», который, собственно, так обострил самарскую ситуацию.

Синематограф «Художественный – Бомонд – Иллюзия» появился на центральной улице губернского города Самары в 1909 году в здании, которое архитектор А.А. Щербачев реконструировал в «стиле позднего модерна с элементами классического стиля», и имеющем ныне статус памятника истории и архитектуры.

В течение века менялись владельцы, задачи, репертуарная политика, устойчивым оставался только интерес к кино самарцев/куйбышевцев/и-вновь-самарцев. «Художественный» уцелел и во время массового превращения «объектов кинопроката» в мебельные салоны, молельные дома и ночные клубы. Более того, в 1998 году он – при содействии Союза кинематографистов – стал именоваться Центром российской кинематографии. Премьеры, фестивали, мастер-классы… И так до года 2009-го. Небольшой кинотеатр с тремя зальчиками – на 300, 70 и 50 мест.

Дальше как в анекдоте про Гондурас: не беспокоит – не расчесывай: постановление Правительства, подписанное губернатором Артяковым: «Реорганизовать государственное унитарное предприятие Самарской области «Облкинопрокат» путем преобразования в государственное бюджетное учреждение Самарской области «Многофункциональный центр по оказанию услуг в сфере оборота недвижимости».  

Губернаторское решение было выполнено, в результате чего одно из самых больших провинциальных фильмохранилищ было уничтожено, а «Художественный» – структурное подразделение «Облкинопроката» – закрыт.

Понадобилось вмешательство секретариата Союза кинематографистов России, Комитета по культуре Государственной Думы, Госкинофонда, чтобы чиновники отказались от попыток приватизации лакомого здания на центральной торговой улице в историческом центре Самары (фильмотеку уже не восстановить!).

«Художественный» вновь заработал – в довольно экстравагантном «проектном» статусе областного «Агентства социокультурных технологий», в качестве «общественной нагрузки» прокатчикам, обслуживающим мультиплексы в торгово-развлекательных комплексах (рекламы нет, оборудование считалось современным в прошлом столетии, за три года кинолюбы от зала отвыкли – оттого и низкие сборы).

Но всё-таки это кинотеатр, а не доходный дом! Стены, кресла, славная история – совсем не нулевая точка отсчета.

Вот только в какую сторону развиваться? В кинематографической провинции – без мощного кинопроизводства, в условиях недоразвитого въездного туризма, при наличии ведомственных противоречий внутри социальной сферы – к ответу на этот вопрос даже не приблизились.

И мы не отважимся поднять неподъемное, а только назовем компоненты проблемы.


Компонента экономическая. Государство делает вид, что понимает…

«Реформируя» «Облкинопрокат», министр имущественных отношений Самарской области Николай Мальцев дал письменное разъяснение: «Анализ финансово-хозяйственных показателей итогов деятельности «Облкинопроката» свидетельствует о нерентабельности деятельности данного предприятия. А создание «Многофункционального центра по оказанию услуг в сфере оборота недвижимости» продиктовано необходимостью организации межведомственного информационного обмена в сфере земельных отношений и при оформлении прав на иные объекты недвижимости организациями и физическими лицами».

Вот именно здесь собака и порылась: чиновники относятся к кино как к индустриальной сфере. «Оно есть, и если оно есть, то должно приносить прибыль. Если оно прибыль не приносит, значит, мы вместо него будем поддерживать другой бизнес, который прибыль приносит».

В провинции чиновникам требуются разъяснения, что рубль не есть – и не может быть – универсальным показателем успешности социальной сферы, что кинотеатр – не металлургический завод и не швейная фабрика; что у кино есть задачи воспитательные, образовательные или, как их теперь называют, «задачи эффективного развития человеческого капитала»; и что задачи эти касаются не только индивидов, но также и общества, и государства, а потому не только с продажи билетов в кино они должны финансироваться.

Чиновники этого не понимают или делают вид, что не понимают. А если на них «надавишь» чуть сильнее – «Откуда деньги? Кризис».

Вот здесь самое важное. На этапе восстановления деньги из проката – в современном его понимании – не получить. Достаточное количество денег, которое могло бы обеспечить развитие сферы кино.

Их можно взять в сфере развлечений – 1) широком развитии кинопарков, 2) децентрализации кинопроизводства и восстановлении государственной системы неигрового кино, 3) кинематографическом всеобуче и 4) профилировании кинотеатров.

Первое. Кинопарки – тема, безусловно, отдельно обсуждения. Хотя, очевидно, что и кино – базовое направление в мировом парковом бизнесе, и в России есть 12-15 мест с разнообразными и уникальными ландшафтами, расположенные на транспортных магистралях в двух-трех часовой удаленности от крупных населенных пунктов с совокупным населением в 3-7 млн. человек.

Второе. Без развитого кинопроизводства и вовсе смешно говорить о киноиндустрии. Но если очевидно, что инфраструктура в настоящий момент не готова к повсеместному развитию в провинции игрового кино, то для восстановления производства документальных фильмов нужны лишь ответственность и политическая воля – студии существуют, хоть и в замороженном состоянии.

Чиновники должны если не понять, то хотя бы усвоить – что нельзя отказать студии документальных фильмов в поддержке из-за того, что им показалось, что ее функции перешли к не нуждающемуся в дотациях телевидению. Не перешли в силу непреодолимой разницы в задачах, формах и средствах. Да и самим чиновникам не нужно ни художественное осмысление эпохи, ни кинолетопись – без неё через некоторое время легче можно напридумывать легенды о своей «героической» жизни, без остатка отданной на благо Родины.

Третье. Падение уровня гуманитарной образованности и художественной воспитанности, наблюдающееся на всех уровнях образовательной системы, можно преодолеть только при посредстве долголетней систематической работы с использованием всего спектра искусств, в котором кино в силу своей синтетичности и относительной дешевизны (по сравнению, например, с «живыми» исполнительскими искусствами) отведено ведущее место. И тогда через 7-10 лет можно требовать результата.

Никаких эффектов от кинопроката пока не появится аудитория, которая «придя в кинотеатр, начнет понимать, что там ей показывают кино», то есть художественное произведение, невозможно. Не сделать этого, и искусство кино будет продолжать плавную деградацию в сторону аттракционной побрякушки.

И наконец, четвертое. Государство, фактически безвозмездно отдав доходы от самого прибыльного – после продажи алкоголя – бизнеса в частные карманы, осталось с маленькими, неинтересными для масштабных предпринимателей однозальными кинотеатрами, большая часть которых, к тому же находится в городах областного подчинения и селах.

Закрыть их – как и библиотеки, и клубы, и музыкальные школы – нельзя. Этим сельская и «уездная» интеллигенция будет уничтожена навсегда, а отток молодежи – не остановим. Да и даже чиновники знают, что лечение души средствами искусства и литературы не может считаться менее обязательным делом нежели, например, обеспечение нормального функционирование поликлиники.

Только как сделать их безубыточными, а то и доходными?

Компонента институциональная. Малый кинотеатр – театр для компании

Неправда, что современный человек не понимает разницы между телевизионным кинопоказом и походом в кинотеатр. Неправда, что современный человек не хочет ходить в кино. И это не противоречит тезису о том, что в основе свой кинозритель не очень понимает различия между художественным произведением и жизненными реалиями. Неправда, что современный человек не хочет смотреть российское кино.

Месяц назад на «Эхо Москвы в Самаре» – радиостанции, которую в зависимости от политических пристрастий называют интернациональной, космополитической, мультикультурной, провели опрос. Радиозрителей попросили сделать выбор: «Если вы всё-таки соберетесь пойти в кинотеатр «Художественный», каким бы вы предпочли его видеть – уменьшенной копией мультиплекса с блокбастерным репертуаром или кинотеатром, в котором будут показывать отечественное кино.

В опросе добровольно утром, в 11:30,  в программе без специального анонса – то есть это именно «эховская», а не случайная аудитория – приняло участие около 1000 человек и 91% из этого числа ответили: отечественное.

Параллельно был проведен опрос в студенческих аудиториях трех крупнейших самарских университетов. Вопрос стоял несколько шире – о наличии «специализации» подобных кинотеатров. Ответ у пятисот опрошенных – почти такой же. Первое место – российское кино, второе – программы «Фестиваль фестивалей», и далее – арт-хауз, короткометражное, анимационное, документальное. «Блокбастерный», «всеохватный» показ новинок – на устойчивом последнем месте.

«Неужели это единственная причина того, что публика в кинотеатр не ходит?» – вправе спросить вы. Не единственная.

Выходя из дома, человек хочит взамен этого неудобства (куда-то идти, платить деньги, транспорт, поздний вечер и т.д.) получить сервисы, которые дома получить невозможно. Конечно, качество звука и изображения (при всем прогрессе домашних кинотеатров), конечно, квалифицированная подсказка – что такое хорошо и что такое плохо, но главное – он хочит провести этот вечер в приятной компании.

В мультиплексе им могут предоставить только качественную технику, и в этом вопросе государству за частным бизнесом ещё довольно долго не угнаться. Но в мультиплексе преобладают те, кому до 20-ти, и фанаты «шопинга» (мультиплексы, в основном, – составная часть торговых комплексов). Это очень специальные «нишевые» категории, рядом с которыми всем остальным не очень уютно. Не потому что они – дерзки или дурно воспитаны. Потому что есть разница в способе восприятия фильма, у тинейджеров она – показная в силу стадиальных различий, у «шопингистов» – показная в силу необходимости предъявить себя во всем блеске своих покупательских способностей. И те, кому эта демонстративность мешает, – потенциальный посетитель маленьких государственных кинотеатров.

Стандартный мультиплексовый контекст – «пирожки» с пылу с жару. Восемь залов – двенадцать лент, никакого вчера, никакого завтра, не успел – опоздал навсегда, поезд ушел. А нишевая публика выбирает кинотеатр также как театр, как концертный зал, как художественную галерею – по себе. По возрасту, по доминантной социальной группе, по дополнительным сервисам. В последнюю очередь по художественным пристрастиям.

Сервисы – это всё, что угодно – меню и стоимость кафе, возможность поужинать после сеанса, «живая» добавка к «консервированному» блюду в виде киноведа или театрально-концертной инсценировки; хорошая парковка. Всё это важнее художественного уровня фильма для подавляющего большинства кинопоглащателей. См. выше.

Профилировав эти маленькие кинозалы, государство может – пишу на языке понятном чиновникам – пойти по кластерному пути, создав объединение, централизовав логистические функции, взяв на себя обязанности по представлению мелких игроков на «внешних рынках» и гарантии, так необходимые в процессе развития.

Компонента идеологическая.  Приоритет отечественному кино – это неожиданность!

Русское кино – это всё. От Михалкова до Сигарева, от Эйзенштейна до Эйрамджана. От игрового до научно-популярного. Не потому что устали от Глолливудов/Болливудов, не в состоянии выговорить – Апитчатпон Вирасетакун или никак не могут свыкнуться с тем, что Румыния с Ираном и Израилем такие же законодатели киномоды, как и мы – великие и могучие наследники всего великого и могучего.

Не поэтому. Потому, что на дворе опять «эпоха перемен», в которой хочется разобраться без рюриков. В силу «особой гордости», осознания «особой стати», отсутствия во вне достойных образцов для подражания, стремления обсудить проблемы в кругу «своих», «не вынося сор из избы».

Ситуация чем-то напоминает рубеж 70-х – 80-х, время взлета «русского рока»: стихи – хуже, чем в Серебряном веке, музыка – хуже, чем у англоязычных коллег, но взлет определился интересом социальным, а уж потом, через пятилетку, начались попытки его идентификации – через «звуковых детей Заболоцкого» и т.п.

К отечественному кино, потерявшему – за малым исключением – связь с традицией, зрительский интерес, как это ни странно, именно социальный. И возможности воздействия на аудиторию у него, в первую очередь, социальные. Так отчего, осознав это, не воспользоваться в мирных, «гуманитарных» целях?

Самара, Октябрь 2011 года

Tags: Кинопрокат, Культура, Самара
Subscribe

  • Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments