Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Categories:

Случайность и догадка

Япония, 2021
Режиссер Рюсукэ Хамагути

Олег ГОРЯИНОВ *

Как бы ни закончился этот киногод, одним из главных режиссеров 2021-го, безусловно, будет японец Рюсукэ Хамагути. На прошедшем в июле Каннском фестивале он удостоился награды за лучший сценарий (фильм «Сядь за руль моей машины»), а несколькими месяцами ранее, на Берлинале, картина «Случайность и догадка» была награждена Гран-при жюри.

Чем-то такой темп по премьерам новых фильмов на ведущих киносмотрах напоминает ситуацию южнокорейца Хона Сансу прошлых лет. Однако, как и в случае с Сансу, фестивальный успех Хамагути свидетельствует не только об оправданном внимании к достойным работам, но и о явно запаздывающей реакции профессионального сообщества. Как правило, призы такого рода или хотя бы попадание в основные программы ведущих фестивалей говорят о том, что в творчестве режиссеров наметился если не кризис, то снижение концентрации, выражающееся в создании работ, в отношении которых вполне оправдан ярлык «облегченный» (хотя можно было бы отшутиться грубее – «обезжиренный»).
Так же, как и «Женщина, которая убежала» Сансу (приз за лучшую режиссуру на Берлинале в 2020-м), «Случайность и догадка» – работа сильная, вполне подходящая для первоначального знакомства, но более ровная и «правильная» (в плохом смысле) в сравнении с главными шедеврами Хамагути, которые в свое время показывались на фестивалях меньшего масштаба. Всё это в очередной раз напоминает: чем ярче звезды и свет софитов, чем роскошнее ковровые дорожки, тем сложнее сосредоточиться именно на кино, а не на сопровождающем его медийном шуме.
Тем не менее, «Случайность и догадка» – прекрасный альманах из трех новелл, в слегка упрощенной форме раскрывающий основной интерес режиссера. Хамагути можно было прописать по ведомству жанрового кино, так как на его фильмы вполне уместно лепить ярлык «мелодрама». Однако внешние признаки такого формата – сюжетная сосредоточенность на чувственных отношениях мужчины и женщины, повышенный уровень сентиментализма, пристальное внимание к психологическим характеристикам персонажей – на самом деле лишь камуфляж для «темы», явно превышающей рамки мелодраматического пространства.
В действительности работы Хамагути – про оптические иллюзии, вводящие людей в заблуждение относительно таких понятий, как «близкий», «далекий», если иметь в виду не положение в пространстве, а отношения между людьми. Может ли незнакомец или первый встречный оказаться человеком, более способным к эмпатии? И, напротив, насколько опасна для чувства – любовного, дружеского – предельная близость людей?
Особенно удачны в «Случайности и догадке» две последние новеллы. В центральном эпизоде фильма оригинальным образом разыгрывается сцена соблазнения профессора со стороны студентки (здесь Хамагути шлет изящный привет «Персоне» Бергмана, впервые в истории кино явившей эротическую силу речи), которую направляет ее любовник, желающий отомстить преподавателю.
Финальная история отталкивается от ситуации комичного ложного узнавания: на улице встречаются две женщины, одна из которых принимает другую за свою одноклассницу, любовное чувство к которой не остыло спустя много лет. Разные обстоятельства, едва уловимые заигрывания с «модными» темами – всё это уходит в тень, когда на экране раскрывается степень человеческого одиночества, свидетельствующего о том, сколь ошибочны людские представления о том, кто «ему» по-настоящему «близок».

* Киновед, философ, кандидат юридических наук, главный научный сотрудник Музея Рязанова.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» от 26 августа 2021 года, № 15–16 (212–213)
Tags: Кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment