Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Categories:

Угрюм-казак с Танаис-реки

Рубрика: Habent sua fata libelli *

Герман ДЬЯКОНОВ **

Частенько я прибегаю к местоимению первого лица единственного числа, но не от гордыни, а из-за отсутствия иного жизненного опыта, кроме личного. Прости, читатель, но захотелось мне хотя бы перечитыванием книг, читанных в детстве, в оное возвратиться.
Грамоте был я обучен в три с мелочью года и читал всё подряд. На счастье, у нас дома было собрание сочинений Вячеслава Яковлевича Шишкова. Шесть книг 1948 года издания, красного цвета, с выпуклым узором на лицевой стороне переплета. И в семилетнем возрасте я взялся за «Емельяна Пугачёва». Сейчас, семьдесят лет спустя, я перечитываю этот подлинный шедевр русской литературы. Оказалось, что многое я помню с той поры очень отчетливо: встреча заглавного героя с попугаем, убийство Петра Фёдоровича, описание битв.
По широте охвата событий, по четкости изложения, по целеустремленности автора книга не имеет себе равных. При этом В. Я. Шишков не стремится ни к сенсационности, ни к красоте описаний природы – нет, подробное изложение фактов. Но создается совершенно определенное мнение: книга написана очевидцем всех изложенных событий. Язык Шишкова прост и незамысловат; он подобает скорее хронисту, нежели беллетристу, и это создает совершенно сказочное ощущение вашего входа в ту вовсе не виртуальную, а вполне действительную реальность.

Благодаря этому языку «Емельян Пугачёв» читается очень легко. Можно сказать с полной уверенностью, что читатель сочетает полезное (погружение в русскую, отчасти – европейскую историю третьей четверти XVIII века) с приятным (почти приключенческое повествование без всяких экскурсов в описания природы и внешности персонажей). Не могу привести расхожее выражение, что, мол, книга читается на одном дыхании: для этого она слишком объемна, но оторваться трудно. И еще: это труд подлинного патриота России. От событий Семилетней войны до…
К сожалению, эпопея не завершена. И «ее» Пугачёв не совсем такой, как знакомец Петра Гринёва. Он вообще не такой, каким смотрится сквозь страницы учебников истории. Да и прочие персонажи весьма живые, почти осязаемые: Екатерина Великая, ее гвардейцы, Пётр III, сам Емельян. Персонажи, условно говоря, второго плана тоже прописаны, как говорили древние, non multa, sed multum. Малым, но многое. А это и полководцы от Апраксина до Суворова, и челядь императорского двора, и «бунташный люд» – все они как будто вот-вот выйдут со страниц к нам и сядут рядом, заглядывая через плечо и силясь узнать, что это Шишков про них написал.
Детям, внукам нашим хотелось бы дать в руки эту книгу, да у них там гаджеты. А вот если бы учителя задали детям на лето в качестве внеклассного чтения... Тут и учебники не нужны: Апраксин – предатель, Салтыков – хороший, а Суворов – великий полководец, Пугачёв не от жизни хорошей императором себя обозвал. Причины и следствия выявлены, вот и весь исторический процесс. И никак не покидают память некоторые смешные и страшные сцены из романа, особенно убийство императора Петра Фёдоровича, хоть мы и на стороне его убийц. Особенно трагично то, что всё это не понарошку. Всё это было, было, было.

* Книги имеют свою судьбу.
** Специалист по теории информатики.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» от 13 мая 2021 года, № 10 (207)
Tags: История, Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment