Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Псих на баррикадах

Рубрика: Habent sua fata libelli *

Герман ДЬЯКОНОВ **

Роман Альфреда ДЁБЛИНА (1878–1957) «Берлин. Александерплац» в середине прошлого века пользовался известностью у советских читателей. Не так давно, десять лет назад, он был переиздан «Ладомиром» в серии «Литературные памятники». Хотелось бы понять: не надгробный ли это памятник произведению, посвященному событиям без малого вековой давности?

Помня, что судьба книги меняется в преломлении судьбой читателя, мы прочитываем ее нынче не просто как жизнеописание Невезунчика. Через плечо наше заглядывают прочитанные книги, нашептывая и выкрикивая аллюзии и ассоциации. Перечитайте, кто читал, или просто прочтите, убедитесь, что книга жива и по-прежнему интересна. Ведь речь в ней идет не просто о человеке, но о Человеке, типичном представителе некоей популяции вида Homo Sapiens Sapiens.
Имя ему – Франц Биберкопф. Не знаю, есть ли у кого такая читательская особенность, как у меня: тот персонаж, который первым появляется на страницах книги, становится для меня как бы мною, я сочувствую именно ему, хотя он в дальнейшем может оказаться мерзавцем. Единственное исключение – Гумберт Гумберт, и то уже где-то к середине «Лолиты».
Итак, меня только что выпустили из тюрьмы, где я отсидел 4 года за убийство влюбленной в меня девушки, которую сам же сделал проституткой. Ну конечно, как и все прочие, я задумал с 1 января или с понедельника превратиться в порядочного человека. Но как это? Не зря эта книга была не только не запрещена в СССР, где забота о политической невинности была как в пуританской семье. Порядочным человеком, во всяком случае, кандидатом в таковые Биберкопф становится только тогда, когда присоединяется к рабочему движению, к борьбе, которую считает своей. Таков финал.
Но что-то мне, уже отстраненному читателю, Франц не совсем видится в одной колонне с Эрнстом Тельманом. Ведь побывал он и убийцей, и сутенером, и бандитом-налетчиком. Только вот работать уж очень ему не хотелось. Хотя он и в Первой мировой войне участвовал, и с фронта драпанул, и про революцию в России слышал – мол, неплохо бы, но сам к пролетарскому движению страстной тяги не имел никогда. Руку потерял в процессе преступной деятельности. И друзья ему попадаются гнусные.
Короче, куда ни кинь, всюду клин. Нигде не работающий рабочий. Это как боксер-пацифист. Превращение происходит в психиатрической больнице. Уже в наши дни, перечитывая хитро вывернутую биографию «героя» Дёблина, я грешным делом подумал: а не издёвка ли это? Выходит, путь к борьбе с фашизмом лежит через койку в психушке? Мы-то знаем – нет, конечно, для нас это свято; однако наша новая жизнь без идеологических подгузников делает нас если не подозрительными, то осмотрительными. Возьмите тех же «братушек». Порой даже думается: а не стребовать ли с них наше Самарское знамя, а то ведь изгадят и выбросят.
Но это я так, к слову. А давайте так: вы прочитаете «Берлин. Александрплац» и сами решите, что здесь к чему. Читать ее всё еще интересно, тем более что талантливый автор принял активное участие в оформлении книги.

* Книги имеют свою судьбу.
** Специалист по теории информатики.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» от 15 апреля 2021 года, № 8 (205)
Tags: Литература
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment