Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Брамс и Нильсен: игры разума

Анна ЛУКЬЯНЧИКОВА *
Фото автора

В Тольяттинской филармонии окончательно случилась весна. Этому способствовали концерты, которые одна моя коллега метко нарекла «валютными», иначе говоря, особо ценными. В конце марта порадовали приездом пианист Константин Емельянов и Квартет имени Д. Ойстраха с Никитой Борисоглебским за первым пультом (взамен заболевшего Андрея Баранова). В первые выходные апреля симфонический оркестр филармонии подготовил выступление с солистом Филиппом КОПАЧЕВСКИМ, а затем пианист сыграл сольный концерт. Все события прошли в рамках проекта «Всероссийские филармонические сезоны».


[Spoiler (click to open)]
Порадовало, что наш симфонический оркестр выучил и сыграл эту концептуально и текстово непростую программу. Второй фортепианный концерт Брамса и Пятая симфония Нильсена – вещи серьезного филармонического уровня, следовательно, коллективу обязательно стоит его осваивать дальше. Для усиления состава потребовались дополнительные ресурсы – приглашенные из Казани валторнисты усилили медную духовую группу. Жаль, что духовая школа Тольятти пока не может помочь с полной комплектацией филармонического коллектива.
Приезд давнего друга филармонии, заслуженного артиста Республики Северная Осетия – Алания дирижера Московского академического музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко Тимура ЗАНГИЕВА, конечно, поспособствовал мобилизации творческих сил: местные музыканты работали в целом с воодушевлением и даже с некоторым профессиональным азартом. Можно сказать, к датскому (Нильсена) финалу оркестр окончательно разыгрался и раскрыл свой потенциал. А вот начало было не очень ровным и ритмически внятным.

***
Си-бемоль-мажорный концерт Брамса в исполнении лауреата международных конкурсов Филиппа Копачевского ждали без малого год. Это монументальное драматическое сочинение в четырех частях, структурно напоминающее симфонию. Тематически концерт сдержанный и далекий от внешних виртуозных эффектов, но брамсовская глубина залегания смысла находится где-то между строгостью и мятежным порывом, между Бетховеном и Шуманом.
Скерцо особенно интересно по содержанию, на мой взгляд, и здесь пианист показал то, за что критики справедливо нарекли его «высокой простотой». Копачевский – разносторонний пианист, играет романтический и современный репертуар как сольно, так и в ансамблях, и с оркестрами. Показалось, что именно в скерцо приоткрылся настоящий фортепианный Брамс: если первая часть с эпическим началом не совсем позволяла блеснуть виртуозностью, то здесь зацепили техничность и инфернальность. В третьей части оркестровое хоральное обрамление с цепочкой отклонений как-то по-особому выразительно прозвучало у виолончелистов, а драматически страстный речитатив рояля напомнил что-то из брамсовских интермеццо. Здесь пианизм уже был другим – свободным, романтически открытым. Финал – легкий, грациозный, с праздничной «повесткой дня» – вдохновил молодым задором и фольклорными мотивами. Здесь чувствовались любимые Брамсом Венгрия и Вена с фольклорно-танцевальными мелодиями.
***
Музыка Карла Нильсена в Тольятти уже звучала: несколькими годами ранее оркестр исполнял флейтовый концерт с солистом. Сейчас добрались до масштабного симфонического полотна. Оркестр начал учить партии в феврале, как только прислали ноты. Музыканты немного волновались, полагая, что не смогут воплотить в полной мере композиторский и дирижерский замысел из-за своеобразной ритмики и формы сочинения. Аргумент «мы ж не московские музыканты» для приглашенного дирижера не сработал. Много репетировали группами, в результате сложный материал неплохо собрали.
Симфония № 5 была выбрана Зангиевым специально – для обыгрывания программы участия в международном дирижерском конкурсе в Дании, к которому он готовится. Это примечательный в симфоническом плане материал, хоть и малоизвестный. Интерес к нему у специалистов точно есть. Например, выпускник Колледжа имени Р. К. Щедрина, аспирант Московской государственной консерватории имени П. И. Чайковского Дмитрий Белянский пишет диссертацию по творчеству Нильсена. Оказалось, что слушатели Тольяттинской филармонии также откликнулись на эту музыку.
Творивший на границе XIXXX веков датчанин – основоположник национальной композиторской школы и современник великого симфониста Малера, автор шести симфоний. Его считают поздним романтиком и неоклассиком, привязанным к скандинавской почве. Но ценность музыки, возможно, кроется и в драматически-пристальном взгляде композитора в самый центр грядущего века с его войнами и массовыми катастрофами.
Пятая симфония (1922) – отклик на Первую мировую войну, несущий мощный гуманитарный посыл и предупреждение. Там всего две части: первая раскрывает идею вечного противостояния добра и зла, вторая посвящена преодолению. Мне откликнулась картинно-драматичная первая часть – сложная, многослойная, со множеством разделов и сквозных тем. Было очень реалистичное ощущение окопов, взрывов, звенящей малым барабаном тревоги. В конце страстной протестующей рефлексии всплыл в интонационной памяти «военный» Шостакович…
Оркестр вдумчиво и вовлеченно поработал, дирижер всех собрал и живо воплотил идею. Даже если не все задумки удались, ощущение «мурашек» на выходе из зала осталось.
***
Следующим вечером прошел клавирабенд Филиппа Копачевского, где слушатели уже имели возможность ближе рассмотреть грани его пианизма. Программа выдалась мегапопулярной, специально рассчитанной для образовательных целей. Накануне, кстати, музыкант провел мастер-класс с участием учащихся музыкальных школ и студентов колледжа. Полонез Ля-бемоль мажор, Колыбельная, Фантазия-экспромт, пять вальсов Шопена и даже «Грезы любви» Листа прозвучали совсем не академично, а с отчетливой новизной. Позже в разговоре пианист заметил: «Это заблуждение, что много часов в день, проведенных за роялем, идут на пользу. Чтобы произведение звучало на концерте свежо и ясно, иногда следует его… отложить. У исполнителя всегда есть риск, что вещь может надоесть».
«Благородные и сентиментальные вальсы» М. Равеля выделялись изысканным гармоническим хулиганством, а сюита Э. Грига «Пер Гюнт» в транскрипции Григория Гинзбурга немного удивила свободной трактовкой темпов. Даже возникло ощущение, что у пианиста имеется некий внутренний метроном, диктующий особенности фразировки, ритма, нюансов.
На мой вопрос о понимании им свободы исполнителя академической музыки Филипп ответил: «Всё относительно. У каждого свое понимание свободы. Кому-то прыгнуть с парашютом значит проявить свободу, а для кого-то достаточно выйти в поле и вдохнуть свежего воздуха. Что касается конкурсов, то это вообще вещь субъективная. Публика должна понимать, что она ничего не решает, а оценивать мастерство доверено десяти членам жюри. Я же играю так, как чувствую в данный момент. Большую роль играет сцена, каждый раз она привносит что-то новое. Для меня это самое важное в исполнительстве. Зачем тогда люди ходят на концерты, если все уже есть в записи? Наверное, люди идут в зал за чем-то живым, а не идеальным».
***
После концерта артист поделился тем, как он пережил локдаун и чем сейчас наполняет свой творческий график. По его словам, музыканты действительно не были готовы к тому, что все продлится долго. К счастью, Московская филармония устроила замечательный виртуальный проект «Домашний сезон». Исполнители играли в пустом зале, но всё было сделано на высшем уровне – съемки, звук: «Само осознание того, что в момент выступления идет трансляция и на тебя смотрят тысячи зрителей по всему миру, давало незримую поддержку. Всё было по-настоящему».
Это время он не вспоминает с каким-то негативным оттенком: «В силу своей натуры, не умею учить произведения «в стол», надеясь, что когда-то они будут исполнены, поэтому просто дал себе отдых».
В июле состоялась поездка в Армению на фестиваль классической музыки, организованный Европейским фондом поддержки культуры. В конце июля в Мариинке выступил со скрипачом Павлом Милюковым, а в августе в Москве играл дуэтом с Дмитрием Маслеевым.
Для Копачевского нет большой разницы в степени заполненности зала. Сейчас в России нет патовой ситуации с концертной жизнью, на взгляд пианиста. В Европе же все его сольные концерты перенесены на неопределенный срок.
В этом году он участвовал в ряде интересных проектов. В Санкт-Петербургской филармонии за два вечера сыграл все концерты Рахманинова. В юбилейный год Петра Ильича Чайковского также исполнил все его фортепианные концерты, причем с Российским национальным молодежным симфоническим оркестром под управлением Валентина Урюпина в Москве в декабре 2020 года представил полную версию Третьего фортепианного концерта Ми-бемоль мажор. Это одно из последних сочинений композитора, и обычно все играют первую часть allegro brilliante, которая занимает около 20 минут. Как известно, она была издана композитором отдельно, а позже он дописал Andante и быстрый финал. Музыкант вместе с новым коллективом предложил слушателям полный замысел. В ближайшее время в Петербурге и затем в Казани он исполнит фортепианный концерт К. Пендерецкого с оркестрами под управлением Владимира Альтшулера.

* Музыковед, преподаватель Тольяттинского музыкального колледжа имени Р. К. Щедрина.

Опубликовано в «Свежей газете. Культуре» от 15 апреля 2021 года, № 8 (205)
Tags: Музыка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment