Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Папа, папа, бедный папа…

Татьяна ЖУРЧЕВА *
Фото Владимира СУХОВА

Для меня театр – это не место, куда приходят получать ответы. Это место, где вибрируют вопросы.
Флориан Зеллер

Если кто-то, прочитав название, вспомнил модную в 90-е годы пьесу Артура Копита, то нет, речь не о ней. Просто эта фраза преследует меня с того момента, как я посмотрела спектакль. Вернее – та эмоция, которая в ней заключена. Без всяких иронических кавычек – жалость, сострадание. Когда прочла текст пьесы, это ощущение усилилось. А сегодня, прямо с утра, курьер принес книжку – первый сборник пьес Флориана Зеллера на русском языке, выпущенный издательством ГИТИС: «Папа. Мама. Сын». Не удержалась, сразу прочла все три. И убедилась, что всё правильно.

[Spoiler (click to open)]
«Передо мной, прежде всего, стоит задача добиться от зрителя активной позиции – чтобы он ощущал себя внутри происходящего с персонажами. <…> Ведь это может коснуться всех нас», – говорит автор в своем интервью.
Несколько слов все-таки надо сказать о Флориане Зеллере. Совсем еще молодой (родился в 1979 году), но уже всемирно знаменитый прозаик и драматург, лауреат престижных литературных наград, он стал известен в России совсем недавно. Хотя в интернет-библиотеках есть несколько его текстов, в том числе и пьес, переведенных на русский. Книга, которую я упомянула, – первое настоящее («бумажное», как теперь говорят) русское издание Зеллера. За минувший год пьеса «Папа», открывающая эту своеобразную трилогию, была поставлена в нескольких театрах, в том числе в «Современнике» (спектакль с Сергеем Гармашем в заглавной роли долгое время анонсировался на канале «Культура»).
Сюжет, на первый взгляд, прост: старый человек – «Андрэ, мужчина восьмидесяти лет» – постепенно теряет связь с реальностью, с трудом ориентируется во времени и пространстве, не узнает людей. Рядом с ним дочь Анна, Пьер, ее муж/друг/партнер – характер их отношений не до конца прояснен, да, в общем, и не важен. В списке действующих лиц упоминаются еще мужчина и женщина, которые по ходу пьесы представляются разными именами, и Лора, одна из сиделок. Они пытаются ухаживать за ним, но не могут его понять. А он не понимает их. В разнообразных отзывах о российских спектаклях упор делается на медицинский аспект всей этой истории. Но автора, по его собственному признанию, интересует не медицинская тема, а человеческая душа. А это уже совсем не просто.
Спектакль поначалу выглядит тоже как будто бы просто и узнаваемо: подробно воспроизведена солидная обстановка гостиной, отец и дочь ведут обыденный, бытовой разговор. Правда, сразу на повышенных тонах, но о вещах вполне обыкновенных. Дочь беспокоится об отце и нанимает ему сиделок, а он их всячески выживает из дома, доказывая, что еще вполне самостоятелен. История настолько узнаваемая, что не сразу замечаешь странности в диалоге. Герои будто не слышат друг друга. Вроде бы отвечают на обращенные к ним реплики, но на самом деле говорят каждый о своем.
В центре внимания и почти все время на сцене, конечно же, Андрэ. Из программки убрали обозначение возраста – то ли опасались, что зрители не поверят, то ли не хотели обидеть актера, которому далеко еще до восьмидесяти. Но так или иначе спектакль не о старости как таковой и уж тем более не о деменции или болезни Альцгеймера.
Виктор Мирный точно уловил и передал трагедию одиночества, которое постепенно обступает человека. Мир вокруг утрачивает реальные очертания, зато собственная память становится все более и более реальной. Потому что там, в памяти, живут те, с кем прожита жизнь. А здесь, вокруг, непонятные и непонимающие люди, лица которых уже невозможно различить.
Режиссер нашел остроумный ход, чтобы реализовать идею драматурга и передать это странное пограничное состояние героя. Весь сюжет состоит из отдельных фрагментов – реальных и как бы увиденных внутренним зрением героя. Реальные разворачиваются при ярком свете и играются актерами в полный голос, с отчетливыми интонациями, с всплесками эмоций. Воображаемые, напротив, напоминают рапидную съемку. Появившиеся неведомо откуда мужчина и женщина произносят реплики «белым голосом», безынтонационно, движутся как механические куклы. Полумрак, призрачность вздымающихся белых тканей лишают людей и предметы плоти, вещественности. Затем следует опять реальная сцена, которая вновь сменяется призрачными видениями.
С каждой новой сценой меняется и комната. «Та же гостиная, но как бы и не она», – эта авторская ремарка реализуется простым и очевидным приемом: то один, то другой предмет массивной мебели подымается вверх, под колосники, исчезая из поля зрения героя. Пространство вокруг него не просто меняется – пустеет. Привычный мир уходит вместе с вещами. И в этом опустевшем пространстве вдруг обнаруживается сперва совсем маленькая, а потом все увеличивающаяся трещина в той черной выгородке, которая поначалу всего лишь обрамляла комнату, образуя две ее стены. Этот разлом все ширится и ширится, в него врывается какое-то красное свечение, похожее на пламя.
В финале сцена окончательно пуста, и Андрэ, буквально загнанный в угол, повторяет: «Я хочу выйти отсюда… Я хочу домой». И тогда стены раздвигаются, открывается небо, охваченное пламенем то ли пожара, то ли заката. А на его фоне – хрупкая женская фигура, к которой уходит человек, утративший все и всех, в том числе и самого себя. Уходит в иной мир, где он, видимо, уже не будет одинок.
Режиссер отнесся к герою милосерднее, чем драматург, который оставил его жить в старчески-детской беспомощности и страхе.
Вообще спектакль, по-моему, получился. И главная его удача – актерская работа Виктора Мирного. Он эмоционально и психологически точен, убедителен, трогателен. Интересная роль намечается и у Наталии Прокопенко – Анны. У Пьера – Ярослава Василенко характер пока еще не виден, этот герой остается лишь функцией. Но спектаклю есть куда расти, актерам есть что искать. А зрителям есть над чем подумать в этой обыкновенной, но такой непростой истории.

Самарский академический театр драмы имени М. Горького
Флориан Зеллер
Папа (Le pere)
Трагикомедия в 2 частях
Перевод с французского Ильи Именитова
Режиссер-постановщик – Михаил Лебедев
Художник-постановщик – Артем Агапов (Санкт-Петербург)
Премьера состоялась в декабре 2020 года

* Кандидат филологических наук, литературовед, театральный критик, доцент Самарского университета, член Союза театральных деятелей и Союза журналистов России.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 21 января 2021 года, № 1–2 (198–199)
Tags: Театр
Subscribe

  • Что такое плохо, знает прокурор

    Рубрика: О, времена! О, нравы! * Герман ДЬЯКОНОВ ** Перед Законом все равны. Конечно, если это закон всемирного тяготения или правило…

  • Тряпочки

    Сегодня – день рождения Зои Михайловны! Зоя, солнечного настроения! Оптимизма! И много новых текстов – устных и письменных! А пока…

  • Кухня как дух времени

    Я – из того поколения, что мешалось между родительских ног, когда они на кухнях вели бесконечные разговоры о вечном и сиюминутном со своими…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment