Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Первая любовь

В новом году мы продолжаем создавать летопись Самарского ТЮЗа из рассказов тех, кто сочинял спектакли и в них участвовал. Фотографию, где изображена сцена из постановки «Эй, ты, здравствуй!», рассматривает и вспоминает заслуженный артист Самарской области Алексей МЕЖЕННЫЙ (в Самарском ТЮЗе – с 1998 года).

Сцена из спектакля «Эй, ты, здравствуй!». Машка – Лариса Кутукова, Валерка – Алексей Меженный
[Spoiler (click to open)]

Когда мы учились в институте культуры (мы, кстати, – первый курс в истории СГИК, с которого выпускались именно актеры, а не режиссеры, для нас тогда даже разработали специальную учебную программу), педагоги сказали, что после окончания нас возьмут работать в СамАрт. Оказалось, что нас и набирали как целевой курс. Мастером был Михаил Александрович Карпушкин, а Юрий Долгих – одним из наших педагогов. Долгих начинал на курсе делать этюд по пьесе Геннадия Мамлина «Эй, ты, здравствуй!» с Аней Уколовой и Сергеем Макаровым. Потом всё отложилось и состоялось уже здесь, в театре.
Это история про молодых ребят, которые встретились где-то в южном городке, про первую любовь (героям в пьесе по 14–15 лет), про юные, чистые, ничем не испорченные (ни телефонами, ни Интернетом) отношения. Герои эти – что Маша, что Валера – два больших человека. Я не знаю, как у них дальше сложилась судьба, но мы играли искренних, настоящих ребят. Сейчас таких – очных – отношений с каждым годом всё меньше и меньше становится у молодежи.
Интересно было работать над этим спектаклем. Валерка – самая большая моя роль на тот момент. Я сначала был назначен на проходного персонажа, а в процессе работы режиссер Юрий Долгих предложил сделать две пары главных героев: Оксана Штанина-Старовойтова и Сергей Макаров, я и Лариса Кутукова (в будущем – Меженная).
Тогда в театре работала Роза Хайруллина, она репетировала с нами этюдным методом, а Долгих заранее знал, что хочет от артиста, давал уже рисунок роли. «Эй, ты, здравствуй!» по большей части придумывали все вместе, и даже в программке обозначены не действующие лица, а «сочинители спектакля». Нашу команду можно было назвать настоящей театральной семьей, когда все друг другу помогают, где нет зависти, нет склок. Все было как в песне Варум «Городок»: мы отмечали вместе дни рождения (артистов и героев), жили своей маленькой жизнью, уютной и теплой.
Главных героев окружали очень колоритные персонажи, подсмотренные и услышанные в Крыму. Света Салманова (Анохина) уже тогда была человек-оркестр: в спектакле она играла на аккордеоне как уличный музыкант.
Спектаклем «Эй, ты, здравствуй!» открывалась малая сцена СамАрта. Оформление было запоминающимся: архитекторы, преподаватели Академии архитектуры и строительства Расим Вальшин и Элина Данилова, прямо в зале выстроили ялтинский дворик. Декорации из фанеры и металлических легких труб были похожи на строительные леса. Сцена шла по периметру зала – где-то чердак, где-то домик, лестницы, пирс. Зрители сидели в центре этого двора-колодца, крутили головами по сторонам, сами могли повернуться на 360 градусов. Создавался эффект присутствия. Для Самары все это точно было необычно.
Спектакль – очень легкий, воздушный, музыкальный. Классная музыка Григория Файна с легким намеком на джаз хорошо отражала настроение, атмосферу. Артисты любили очень этот спектакль, и зрители, конечно, тоже. Поклонниц у меня во времена «Эй, ты, здравствуй!» еще не было (они появились после спектакля «На дне» в постановке Александра Кузина), а вот Сережа Макаров стал мечтой всех самарских девчонок.
Фотография, похоже, была сделана на премьере. В зрительном зале можно заметить Леонида Вохмянина, Игоря Каткова – хореографа спектакля. Вот я – красный как рак, значит, точно премьера, потому что волнуюсь очень.
По жанру это простая история о любви. Такие спектакли должны быть в репертуаре. Загвоздка в этой истории молодых людей – Маши и Валерки – была в понимании мира. Отношения, воспитание, столкновение мира мужчины и женщины, попытка понять друг друга – все это очень важно. В 14 лет все вокруг воспринимаешь частично как нигилист, частично как максималист. Со стороны мне легко было понять своего героя, ведь у каждого есть свой взгляд, характер, принципы.
Конечно, это советская пьеса со своими минусами. Маша приторговывала цветами, чтобы помогать бабушке, а Валерка думал, что она «буржуйка»: ведь у советских людей не должно быть денег, они должны быть счастливы без материальных благ. Мы пытались максимально очеловечить эту историю, чтобы она была живая, не дидактическая. В молодежь спектакль очень попадал. Такие вещи – про любовь, про разлуку, про боль – нужны театру юного зрителя.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 21 января 2021 года, № 1–2 (198–199)
Tags: Театр
Subscribe

  • Причастие вечной музыке

    Ольга КРИШТАЛЮК * Фото Александра КРЫЛОВА Два заключительных концерта фестиваля «Шостакович. XX век» стали еще одним…

  • Лирические грани откровений

    Ольга КРИШТАЛЮК * Фото Александра КРЫЛОВА Среди небывалого числа концертов, уместившихся в две фестивальные недели, 6 концертов (а это…

  • Что ел и пил Бетховен

    Рубрика: Наталья Эскина. Неопубликованное Вчера был печальный день. Мы его отметили с расписными химерами, беломраморными путти и плачущими…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment