Виктор Долонько (dolonyko) wrote,
Виктор Долонько
dolonyko

Category:

Высокий полет птицы

Игорь ВОЩИНИН *

В истории вступившего во второе столетие мирового джаза есть ощутимый порог, который обозначил смену творческих эпох: диксиленд и свинг вроде бы исчерпали себя и уступили дорогу бибопу. Это случилось с приходом четвертого десятилетия ХХ века, и связаны эти годы прежде всего с именем Чарльза Кристофера ПАРКЕРА, сто лет со дня рождения которого исполнилось 29 августа.

Чарли Паркер
[Spoiler (click to open)]

«Я не верю, чтобы во всей истории джаза какой-либо другой музыкант был больше признанным и менее понятным, кроме него», – это мнение авторитетнейшего джазового музыковеда Джеймса Коллиера о саксофонисте Чарли Паркере. А другой музыкант, близкий друг Паркера Жижи Грайс, сказал: «Чарли – гений от природы. Если бы он был жестянщиком, я уверен, что он и в этом деле сотворил бы нечто удивительное».
Паркер действительно был вторым – после Луи Армстронга – гением мирового джаза, великим музыкантом-исполнителем. Прежде всего, он знаменит тем, что создал новый стиль, бибоп, и открыл тем самым эпоху, которую принято называть современным джазом.
Паркер – это своеобразная икона эры джаза-модерн. Он обозначил важнейшие черты, характеризующие этот стиль: культ свободной сольной импровизации, новаторство в области мелодики, ритмики, формы, гармонии и других выразительных музыкальных средств.
***
Осенью 1941 года в нью-йоркском клубе Minton`s Playhouse на ночные музыкальные тусовки, называемые jam session, собирались музыканты, уже имевшие работу. Здесь они отводили душу и, устав от исполнения мелодий входившего в кризис свинга, искали новые пути развития джаза. Это требовало от них пересмотра творческого мировоззрения, и в своих поисках они импровизировали целыми ночами.
Поглазеть на их эксперименты собирались джазмены со всего города. Кто-то приклеивал к услышанному ярлык «какофония», кто-то просто не принимал стремительные асимметричные и замысловатые мелодические построения, называя звучащие угловатые композиции «китайской музыкой». Эта музыка была не рассчитана на слух любителей, привыкших к простенькому звучанию доходчивых мелодий и ритмов танцевального свинга. Но со временем из нее начал формироваться совершенно новый и крайне радикальный джазовый стиль, получивший название «бибоп».
Среди энтузиастов-первооткрывателей выделялись пианисты Бад Пауэлл и Телониус Монк, трубач Диззи Гиллеспи, барабанщики Кенни Кларк и Макс Роуч, контрабасист Оскар Петтифорд, но прежде всего альт-саксофонист Чарли Паркер – идейный вдохновитель и изобретатель нового направления.
Именно формат сложившегося в Minton`s Playhоusе инструментального состава и стал затем на многие годы стандартным: два мелодических духовых инструмента – саксофон и труба, а также ритм-группа: рояль, контрабас и ударные. Такие малые составы-combo часто выходят на сцену и в настоящее время.
В бибопе было всего лишь несколько достойных внимания больших составов: оркестр Джея МакШенна в 1941-42 и Эрла Хайнса в 1942-м. А в 1944-м под руководством певца Билли Экстайна был создан биг-бэнд, в котором музыкальными руководителями практически были Гиллеспи и Паркер. Причем здесь стиль бибоп проявился и в вокальном обличье с пением самого Диззи, а также великолепной Сары Воан. В мае 1945-го Паркер с Гиллеспи и вокалом Сары записали блистательную версию Lover Man. Найдя себя именно в бибопе, певица до ухода из жизни в 1990-м оставалась вместе с Эллой Фитцджеральд лучшей вокалисткой мирового джаза.
В 1946-м отличный большой состав собрал уже сам Диззи Гиллеспи, который к этому времени со своей виртуознейшей игрой на трубе был эталоном и неизменно занимал во всех анкетах первые строчки в соответствующей инструментальной номинации. Став вместе с Паркером основателем бибопа, Диззи затем всю свою творческую жизнь сохранял верность этому стилю.

Чарли Паркер (слева) и Диззи Гиллеспи

Конечно, бибоп с его радикальными новшествами был признан далеко не сразу – и профессионалами, и любителями. Были случаи, когда музыканты демонстративно покидали сцену на концерте, где вместе с ними играли боперы, а слушатели улюлюкали и криками выражали свое неприятие. Но постепенно бибоп преодолел неизбежные моменты восприятия нового, сегодня стиль заслуженно признан джазовой классикой, а в 50–60-х годах осовремененные оркестры и ансамбли свинга изменили исполнительскую манеру за счет использования элементов бибопа.
Именно в бибопе окончательно укрепилось ритмическое новшество со сдвигом акцентов с первой и третьей долей такта на вторую и четвертую. Соответственно сместились начала и окончания музыкальных фраз композиций. В бопе вполне привычной стала политональность.
Капитально изменилась роль ритм-группы. Заметно возросло значение контрабаса, басисты стали исполнять целые мелодические линии вместо ранее привычного подчеркивания аккордов. У барабанщиков начал широко использоваться хай-хэт – инструмент из сдвоенных медных тарелок, а большой барабан возникал в совершенно неожиданных местах для эффектного акцентирования.
Самым важным в бибопе музыкальным интервалом стала уменьшенная квинта, которая раньше применялась довольно редко и даже считалась диссонансной. В бибопе очень широко стали использоваться так называемые альтерированные (состоящие из «неправильных» звуков) аккорды.
Начав первые опыты в 1941-м, к 42-му бибоп уже вышел за рамки экспериментов, а в 45-м утвердился как самостоятельный стиль, и это стало проявляться не только в музыке, но и в манере адептов «бибопа» вести себя в обществе, в моде на одежду, прически, манере общения. Экстраваганые боперы демонстрировали приверженность к иным, нежели у всех окружающих, духовным ценностям; сознательно провозглашали свою обособленность, а отвергающих их пуристов презрительно называли «допотопными педантами». Бибоп совершил революцию в полном смысле этого слова.

Ансамбль Чарли Паркера (Паркер – слева)

Телониус Монк сказал: «Мы хотим музыку, которую они не могут играть и вообще понимать».
Сегодня мы слышим много музыки стилевых разновидностей хард-бопа или нео-бопа. А повсеместно звучащий фьюжн – не что иное, как синтез бопа и других музыкальных стилей, направлений и даже жанров.
***
Чарли Паркер ушел из жизни в марте 1955 года после резкого ухудшения здоровья. Отцу современного джаза было всего 34 года.
Французский музыковед Шарль Делоне так рассказывал о впечатлении, которое на него при встрече произвел Паркер: «Большой мечтательный ребенок с природной силой вдохновенья, добрый по своей натуре, застенчивый и слегка ребячливый, с забавными юношескими мыслями».
Хотя по воспоминаниям близких Чарли мог быть исключительно грубым и с открытым презрением относился к музыкантам, не вписывающимся в его стандарты. Это нельзя отрицать. Его многолетнее пристрастие к наркотикам и алкоголю было очень сильным, и именно оно приводило Чарли к сложным взаимоотношениям с менеджерами и партнерами, включая даже близкого соратника и друга Диззи Гиллеспи.
Чарли родился в городе гангстеров и джазменов Канзас-Сити, и в 11 лет мать на день рождения подарила ему старенький альт-саксофон, который он, как рассказывали, упорно сам осваивал по 15 часов в сутки. В 14 мальчик играл в школьном оркестре, а в 15 решил заняться музыкой профессионально. Но лишь после переезда в Нью-Йорк знакомые музыканты помогли началу его практического вхождения в джаз. Это было довольно сложно, и первое время он за 9 долларов в неделю мыл посуду в гарлемском клубе, в котором по счастливой случайности выступал великий пианист Арт Тейтум. Инструментальная техника Тейтума как шило из мешка торчит в музыке Паркера.
Чарли Паркер довольно быстро, но заслуженно был признан гением. Его музыка 80 лет звучит в исполнении всех современных джазменов. Другой музыкальный новатор, основатель стиля cool Ленни Тристано, как-то заметил, что Паркер вправе обвинить в плагиате всех, кто выпустил джазовые пластинки после его смерти. А первые стопроцентно бибоповые композиции самим Чарли с участием Диззи Гиллеспи, Макса Роуча и Майлса Дэвиса были записаны в 1945-м и стали самыми значительными со времен Hot Five и Hot Seven Луи Армстронга. Billie`s Bounce, Now`s the Time и Koko – действительно лидеры мировой джазовой дискографии.
Причем Koko стала программной пьесой Паркера, хотя в ее основе – свинговая композиция Рэя Нобла Cherokee. Здесь раскрылись самые разные стороны таланта Пташки. Он предстал великим мастером интерпретации, способным создать сложную музыкальную последовательность с неожиданными акцентами и мелодическими зигзагами. Паркер был выдающимся солистом-импровизатором с виртуозной техникой. Асимметрично выстроенная, стремительно нервная и совершенно не вписывающаяся в принятые каноны импровизационная линия его саксофона ярко представляет характерные особенности стиля бибоп. Его мелодические фигуры изобилуют резкими поворотами даже в бешеном темпе с быстрыми цепочками шестнадцатых. Именно в Koko Паркер продемонстрировал и блистательное владение динамикой: напряженность мелодии часто резко меняется от завораживающего шепота до пронзительного крика.
Особого внимания из записей Паркера заслуживает и пластинка, представляющая концерт в Месси Холл в Торонто в 1953-м. Птица играет в окружении признанных звезд, включая контрабасиста Чарли Мингуса, пианиста Бада Пауэлла, барабанщика Макса Роуча и, конечно, трубача Диззи Гиллеспи. Записаны были знаменитые композиции Salt Peanut, Perdido, Wee, захватывающая музыка которых тоже часто называется образцом стиля боп со всеми его характерными особенностями: необычным мелодическим языком и новым представлением о ритме и гармонии.
Известность Паркера была огромной, признание – широким. Пришли годы успешной работы с разными составами, гастроли, звукозаписи, участие в проекте Нормана Гранца «Джаз в филармонии», работа в оркестре Эрла Хайнса и Билли Экстайна. В 48-м Паркер был признан лучшим джазовым музыкантом года, и тогда же на Times Square в Нью-Йорке был открыт клуб Birdland («Страна птицы»), названный так в честь Чарли, имеющего уже сценическое имя Bird, в общении с друзьями – Пташка. Паркер сам был этому очень рад и часто выходил на сцену ставшего легендарным и существующего до наших дней клуба. 5 марта 1955-го, за неделю до смерти, именно в Birdland состоялось последнее выступление великого музыканта, а 12 марта над сценой в клубе повесили транспарант: «Паркер умер. Да здравствует Паркер!».
***
Значение творчества Чарли Паркера в истории мирового джаза переоценить невозможно. Его влияние на развитие этой музыки было воистину революционным. Его всеобщее признание было на уровне канонизации, вполне заслуженной. Кто-то из авторитетных музыковедов сказал, что Паркер в джазе – то же самое, что Бетховен в академической музыке.
В 1999-м в Канзас-Сити Птице был установлен памятник. В городе проводится ежегодный джазовый фестиваль его имени. Многие мировые лейблы, в первую очередь Savoy и Verve, успели сделать записи Паркера с разными инструментальными составами, а их повторные выпуски регулярно выходят сегодня. Премия «Грэмми» была учреждена Академией звукозаписи только в 1957-м, и в 1987-м и 94-м имя Паркера – уже посмертно – было дважды введено в Зал Славы «Грэмми».
О жизни и творчестве музыканта вышло много биографических книг и снято более десятка фильмов. Хулио Кортасар написал повесть «Преследователь», прообразом главного героя которой, саксофониста Джонни, стал Чарли Паркер. Композиции Паркера сегодня звучат в живом исполнении многих ансамблей, а его легендарные Ornithology, Раrker`s Mood и Confirmation стали хрестоматией современного джаза.
Чарли подарил окружению свой уникальный талант и оставил нас в большом долгу перед ним. Высокий полет Птицы был прерван в самом начале подъема, но он успел достичь вершин творческого совершенства, а трагическое приземление очень рано завершилось на триумфальном пьедестале.

* Член Гильдии джазовых критиков России, член Союза журналистов России.

Опубликовано в «Свежей газеты. Культуре» от 10 сентября 2020 года, № 17 (190)
Tags: Джаз, Музыка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment